Убийство из-за калош

В июне 1977 года на железнодорожной станции Джамбул оперативники ЛОМа (линейного отдела милиции, занимавшегося расследованиями преступлений на транспорте), расследуя серию краж, нашли... убийцу!

Обо всех подробностях того далекого расследования и его финале рассказал подполковник милиции в отставке, пенсионер МВД РФ Евгений Дугин.

Убийство из-за калош

Кто на станциях обкрадывает контейнеры?

— Меня, молодого лейтенанта, назначили на должность оперуполномоченного уголовного розыска ЛОМ в феврале 1977 года. Наше подразделение было ориентировано на профилактические мероприятия и раскрытие преступлений, которые совершались в поездах. Причем львиную их долю составляли кражи денег, одежды, ювелирных украшений, наручных часов у пассажиров и проводников. Частенько мы задерживали и дебоширов с так называемыми «майданщиками» — карточными шулерами.

В начале июня на закрепленном за нашим подразделением отрезке железнодорожного пути вдруг произошли три крупные кражи государственной собственности. (В СССР кражи делились на хищение государственной и личной собственности. Первая согласно ст. 76 УК КазССР предполагала ответственность более суровую, чем за вторую — по ст. 132 УК КазССР.) И все хищения были зарегистрированы в нечетные дни недели. На станциях Джамбул и Тюлькубас неизвестные злоумышленники вырубали куски из стенок деревянных контейнеров и выкрадывали содержимое. Мои более опытные коллеги предположили, что преступники делали свое черное дело до того, как грузовой состав прибывал в Джамбул. Но как выйти на след воров?

Майор Мышкин, прослуживший оперативником более 17 лет, предложил привлечь к розыску преступников активных граждан, которые жили на станциях и полустанках, расположенных до Джамбула. Одной из них являлась Акыр-Тюбе. Она находилась почти посредине пути от Луговой до Джамбула. Там останавливались как пассажирские, так и товарные составы. По обе стороны путей находились дома, в которых жили не только железнодорожники, но и граждане других профессий. Был там и небольшой рынок. Именно на нем, покупая картошку, железнодорожник Тогов и заметил продавца новеньких калош. Как раз накануне проводивший беседу в их профсоюзном комитете милиционер говорил о хищении этого вида обуви.

Запомнив внешность продавца — молодого парня, Тогов отправился на вокзал и рассказал обо всем дежурному сержанту милиции. Подозрительного молодого человека задержали. Им оказался местный бульдозерист Тимофей Галкин. Он сказал, что купил калоши у какого-то незнакомца, но они ему оказались малы. Поэтому он их и продавал.

Сержант пошел на рынок и заметил женщину, которая пыталась сбыть рулон ткани. Так как в ориентировке наряду с калошами говорилось и о краже нескольких рулонов шерстяной материи, блюститель правопорядка отвел продавщицу в отделение.

Задержанная пояснила, что зовут ее Марией Коровиной. Что же касается продаваемой ею ткани, женщина сообщила, что приобрела ее у незнакомого мужчины. По ее словам, продавец был невысоким, крепко сбитым мужчиной среднего возраста. Горбатый нос делал его похожим на кавказца. Когда Коровиной показали бульдозериста Галкина, она сказала, что он тоже общался с тем самым горбоносым. Не выдержав очной ставки с женщиной, Галкин начал давать показания. Сказал, что продать калоши его попросил приятель Павел Максимов. Срочно понадобились деньки на водку. И еще приятель сказал, будто калоши «темные», то есть ворованные.

Кто и зачем его убил?

После его признаний мы, опера, поздним вечером отправились домой к Максимову. Когда входили к нему во двор, услышали громкие женские крики. Открыв дверь, я увидел, что в прихожей лежит человек с окровавленной головой. Рядом валялся запачканный в крови топор. Убитый оказался Павлом Максимовым, а женщина, что рыдала рядом, — его вдовой. Звали ее Екатериной.

Мы пригласили соседей потерпевшего и послали за фельдшером в поселковый медпункт. Но он ничем помочь потерпевшему уже не мог...

Опросив соседей, мы выяснили, что недавно к Максимовым приходил какой-то неизвестный, похожий на кавказца. Но, к сожалению, его никто не знал. Кстати, орудие преступления — топор — оказалось собственностью Максимовых. Одна из соседок пояснила, что рубила им дрова, пока Павел недавно его чем-то не затупил. Топор мы изъяли. Отпоив вдову Максимова валерьянкой, мы отвели ее на допрос. Она показала, что несколько дней назад ее муж притащил откуда-то два ящика с новыми калошами. Екатерине же он сказал, будто их попросил продать его знакомый Асланбек. Где жил этот кавказец, она не знала. Затем к Максимовым заглядывал Галкин и брал несколько пар калош на продажу.

В поисках этого таинственного Асланбека мы обшарили весь поселок. Но безрезультатно.

Тем временем задержанного Галкина отправили в отделение ЛОМ на станции Джамбул. Расследовать убийство поручили следователю прокуратуры Наилю Муфтахову. Мы, опера, выполняли все его указания. Кстати, одновременно пришлось разыскивать похитителей калош и ткани. Орудие убийства, а также куски досок от прорубленных контейнерных стенок следователь направил на экспертизу. Специалисты подтвердили, что все контейнеры были повреждены именно этим топором. Ведь сколы на лезвии рубящего инструмента оставили характерные следы на стенках контейнеров. На топорище и лезвии осталась краска с тех самых изрубленных досок. Что касается крови на топоре, то она принадлежала потерпевшему Максимову. Но самое главное — эксперты обнаружили на топоре кровавые следы пальцев. Однако не убитого. Мы решили переговорить с проживавшими в ближайших поселках его земляками.

Заставил подельника замолчать

И — в точку! Кавказцы, которые жили на железнодорожной станции Луговая, едва услышав имя Асланбек, тут же принялись возмущенно кричать, что он нехороший человек!

Через 15 минут мы зашли во двор небольшого саманного дома. Там разыскиваемый арендовал себе комнату.

На крыльце показалась пожилая женщина. На вопрос, где ее квартирант, она указала рукой внутрь дома. Увидев нас в форме, Асланбек попытался сбежать, но это ему не удалось. Подозреваемого скрутили и, надев на него наручники, доставили в отделение милиции. Оно располагалось на станции Джамбул. На допросе он, как и большинство подозреваемых, сначала все отрицал. Тем временем соседи и вдова убитого Павла Максимова показали, что он приходил в тот роковой вечер к потерпевшему. Свидетельница Мария Коровина тоже уверенно опознала в задержанном того мужчину, который продал ей украденную шерстяную ткань.

Когда Асланбека повели «откатывать пальчики» — следы пальцев рук необходимы были для составления дактокарты, он вдруг накинулся на сотрудников милиции. Вцепился зубами в руку сержанта Кравченко, а потом начал шипеть, как гадюка, плеваться и обзывать всех присутствующих шайтанами.

Конечно, пальцы ему все-таки «откатали». Ведь дактокарту с пальчиками подозреваемого следователь должен был отправить на экспертизу. Спустя несколько дней эксперты вынесли заключение: следы пальцев рук, обнаруженных на топоре, которым зарубили Максимова, идентичны отпечаткам Асланбека.

На вопрос, зачем он его убил, подозреваемый ответил просто: «Чтобы этот шакал не донес на меня в милицию!» Кстати, убил он своего подельника подло, исподтишка.

Придя к потерпевшему, он сказал, что им надо поговорить. Сам же приметил валявшийся на полу топор и, подождав, когда собеседник повернется к нему спиной, нанес смертельный удар. Супруга Максимова ничего не видела и не слышала, так как уже спала в дальней комнате.

Как оказалось, все кражи из контейнеров за последние два месяца — дело рук Асланбека. Приняв во внимание то, что обвиняемый ранее уже отбывал срок за умышленное убийство, областной суд приговорил его к исключительной мере наказания — смертной казни. Приговор был приведен в исполнение спустя год с небольшим.

Имена и фамилии действующих лиц изменены по этическим соображениям.

Что еще почитать

В регионах

Новости региона

Все новости

Новости

Самое читаемое

Популярно в соцсетях

Автовзгляд

Womanhit

Охотники.ру