По мнению экономиста Галима Хусаинова, опубликованному в канале protenge.kz, укрепление тенге в последние месяцы имеет нефундаментальную природу и объясняется не ростом нефтяных цен, как принято считать, а рекордным увеличением внешнего долга страны.
Хусаинов приводит три аргумента против «нефтяной» версии: валютная выручка сектора просела из-за простоя Тенгиза в начале 2026 года и до сих пор не восстановилась; между поступлением экспортной выручки и её влиянием на курс существует временной лаг; наконец, нефтяная валюта практически не попадает на внутренний рынок — оседает в Нацфонде или расходуется на операционные нужды. Больший эффект на курс, по его оценке, дали рост цен на золото, уран и медь.
Ключевая гипотеза эксперта — в цифрах. По данным НБРК, к 1 января 2026 года внешний долг Казахстана достиг 181,8 млрд долларов — прирост на 17,2 млрд за год, наибольший темп за 17 лет. Причём основной скачок — сразу 10,4 млрд — пришёлся на четвёртый квартал 2025 года. Именно тогда тенге укреплялся наиболее стремительно: с 550 до 464 тенге за доллар. По мнению Хусаинова, совпадение слишком точное, чтобы быть случайным.
Механизм прост: привлечённая из-за рубежа валюта конвертируется в тенге, создавая дополнительное предложение на рынке. При этом спрос на валюту со стороны юридических лиц структурно ограничен сохраняющимися инструментами валютного контроля. Возникает асимметрия: предложение свободно, спрос зажат. Результат — переукрепление курса. Как только привлечённая валюта начнёт уходить в импорт и наступит сезон выплаты дивидендов, предупреждает экономист, тенге окажется под серьёзным давлением.
