Согласно данным Бюро национальной статистики, в 2025 году молодежь в возрасте от 14 до 29 лет составляла около 27 процентов населения, а число лиц с ОВЗ превышало 750 тысяч, из них 62 процента были трудоспособного возраста. Однако и те и другие испытывают определенные трудности с трудоустройством.
Трудовое законодательство Казахстана строго регулирует занятость несовершеннолетних, ориентируясь на защиту их прав и здоровья. Согласно Трудовому кодексу Республики Казахстан, заключение трудового договора допускается с гражданами, достигшими 16 лет. Исключения предусмотрены для лиц от 14 до 16 лет при выполнении легких работ, не наносящих вреда здоровью и не мешающих обучению, с согласия родителей или опекунов. Запрещено использование труда несовершеннолетних в опасных условиях, включая ночные смены, сверхурочные работы и подъем тяжестей свыше установленных норм, а это не более 10 килограммов для лиц до 18 лет. Рабочая неделя для подростков 14-16 лет не превышает 24 часов, а для 16-18 лет — 36 часов.
Статистические данные свидетельствуют об умеренном уровне занятости молодежи. В 2025 году уровень безработицы среди молодежи от 15 до 24 лет составлял около четырех-пяти процентов, что ниже среднего по региону Центральной Азии, но выше, чем в развитых странах. Примером успешной практики стала программа летнего трудоустройства школьников, инициированная Министерством труда и социальной защиты населения. В 2025 году она охватила около 1,4 миллиона подростков 14-18 лет, предлагая вакансии через электронную биржу труда, включая общественные работы и онлайн-обучение. Инициатива стала толчком к развитию навыков и предотвращению неформальной занятости, которая, по оценкам, затрагивает до 20 процентов молодежи в регионах.
Трудоустройство лиц с ограниченными возможностями здоровья в Казахстане
Политика инклюзии для лиц с ОВЗ в Казахстане опирается на Закон «О социальной защите инвалидов» и Трудовой кодекс, предусматривающие квоты на рабочие места. Работодатели с численностью сотрудников более 50 человек обязаны резервировать два-четыре процента вакансий для лиц с ОВЗ, а если быть точнее, два процента для 50-100 сотрудников, три процента для 101-250, четыре процента для более 251 сотрудника. Лица с ОВЗ имеют право на сокращенную рабочую неделю — не более 36 часов, дополнительный отпуск — не менее шести дней и освобождение от сверхурочных работ. Государство предоставляет меры поддержки, включая профессиональную реабилитацию и субсидии на адаптацию рабочих мест.
— То есть в компании, где работает 1000 сотрудников, должны быть трудоустроены как минимум 40 лиц с инвалидностью. Но работодатель должен учитывать определенные ограничения, такие как недопуск к работам вахтовым методом инвалидов I группы, ограничения в суммированном учете рабочего времени, сокращение рабочего времени, недопуск к сверхурочной работе и многое другое. Кроме Трудового кодекса необходимо также учесть нормы Конституции, Социального кодекса, положения о деятельности врачебно-консультативной комиссии и других законодательных актов. Получается, что трудоустройство работника с установленной инвалидностью — это своего рода квест, причем как для самого работника, так и для работодателя, — говорит консультант по управлению персоналом Олеся Акимова.
По статистике, в 2025-2026 годах из 750 тысяч лиц с ОВЗ трудоспособного возраста занято около 39 процентов преимущественно в сферах научных исследований, государственного управления и образования. Более 100 тысяч получили поддержку в трудоустройстве через государственные программы. Например, через Центр реабилитации для лиц с ОВЗ в Астане, открытый в 2020 году, который предоставляет услуги по трудоустройству и адаптации, охватывая тысячи человек ежегодно. Однако в столице не удалось трудоустроить около 10 тысяч лиц с ОВЗ, что указывает на барьеры, такие как стигматизация и недостаток адаптированной инфраструктуры. Казахстан ратифицировал Конвенцию ООН о правах инвалидов в 2015 году и разработал Национальный план по обеспечению прав и улучшению качества жизни лиц с ОВЗ до 2025 года, продленный до 2030 года.
План включает меры по доступу к образованию, здравоохранению и трудоустройству с акцентом на квоты в выборах. Для молодежи действует Концепция развития рынка труда до 2029 года, направленная на создание 3,8 миллиона качественных рабочих мест. Все эти меры вкупе способствуют интеграции, но и имеют свои недостатки.
Однако на практике найти хорошую работу людям с ограниченными возможностями оказывается гораздо сложнее, чем на бумаге. Об этом говорит эксперт по правам людей с инвалидностью Зият Абдыкаимов: «Процент работающих людей с инвалидностью, сколько я себя помню, остается на одном уровне. Год от года мы слышим приблизительно те же цифры. Причем необходимо понимать, что 70 процентов из этих 30 составляют люди с третьей, самой легкой, группой инвалидности, 27-28 процентов — вторая группа, а среди представителей первой группы трудоустроены лишь единицы». По мнению Абдыкаимова, такая ситуация складывается потому, что предприниматели и чиновники не воспринимают людей с ограниченными возможностями как экономический двигатель. А скорее как необходимость, чтобы не нарваться на административное взыскание. «Поэтому Правительство не принимает системных мер, способных кардинально изменить сложившуюся ситуацию. Давайте взглянем на процент занятости с обратной стороны: 30 процентов работающих людей с инвалидностью. Это означает, что безработица среди них достигает 70 процентов. Представим, что общая безработица в стране достигла такого показателя. О чем бы говорили все СМИ, эксперты, экономисты? Как скоро Правительство ушло бы в отставку? Какие социальные и экономические процессы начались бы в стране?» — задает риторические вопросы эксперт.
В странах Европы квоты и антидискриминационные меры более развиты. В ЕС уровень занятости лиц с ОВЗ составляет 51,3 процента. В Греции и Ирландии занятость ниже и равна 33 процентам. Европейские страны, такие как Германия и Франция, применяют квоты четыре-шесть процентов со штрафами за несоблюдение, а также субсидии на адаптацию рабочих мест. В отличие от Казахстана, где квоты охватывают только крупные компании, ЕС фокусируется на инклюзивном образовании и пожизненном обучении.
В США Закон об американцах с инвалидностью запрещает дискриминацию, но квот нет. Зато есть акцент на разумные приспособления. Уровень занятости лиц с ОВЗ — около 20 процентов в 2025 году. Для молодежи федеральные программы обеспечивают переход от образования к работе с безработицей среди молодежи 12-15 процентов. США превосходят Казахстан в судебной защите прав, но уступают Европе в социальных гарантиях. В целом Казахстан имеет схожие квоты с Европой, но более низкую занятость ПВД, что обусловлено экономическими факторами и стигматизацией.
Эксперт Зият Абдыкаимов считает, что основными факторами низкой занятости людей с ограниченными возможностями стали низкая вовлеченность в информационные и технологические процессы как продолжение проблемы к доступу обучения. Недостаток в обучении мешает этой категории людей претендовать на высокооплачиваемую работу. «Если человек не может или испытывает большие затруднения в передвижении по городу, использовании транспорта, онлайн-платформ для поиска вакансий. Если он вызывает множество вопросов, сомнений в работоспособности. Если у HR-специалистов, будущих коллег, руководителей нет элементарных навыков общения с людьми с инвалидностью, что порождает дискомфорт для обеих сторон. Каковы шансы человека с инвалидностью в конкуренции с другим соискателем, необремененным всеми этими обстоятельствами? Оставим за скобками внутренние психологические проблемы соискателя с инвалидностью, которые возникают при столкновении с суровой реальностью», — говорит Зият Абдыкаимов.
Эти слова подтверждает и эксперт, член общественного совета Алматы Богдан Джепка: «Часто работодатели видят две главные проблемы. Первая — это адаптация рабочего места. Они считают, что нужно полностью переоборудовать офис, а это дорого. Вторая — они думают, что люди с инвалидностью чаще болеют и не справляются с объемом работы. Это всего лишь отговорка, которую мы слышим постоянно. На самом деле многие из нас — настоящие трудоголики».
Инклюзивная политика в Казахстане демонстрирует прогресс, но требует усиления для преодоления барьеров с расширением квоты на малый бизнес, инвестирование в профессиональное обучение и мониторинг, опираясь на европейский и американский опыт. Это позволит повысить занятость уязвимых групп, способствуя устойчивому развитию общества.