Кризис
Однако за внешне позитивными цифрами роста количества выделяемых грантов скрывается глубокий системный кризис, который признают даже сами руководители профильного министерства. Министр науки и высшего образования Саясат Нурбек неоднократно поднимал вопросы нарушений при распределении средств, слабой коммерциализации результатов научных проектов, несоответствия подготовки специалистов реальным потребностям рынка труда и необходимости радикального пересмотра всей модели финансирования.
Эти проблемы активно обсуждаются и в общественном пространстве. В частности депутатом Мажилиса Сергеем Пономаревым, чьи выступления регулярно набирают просмотры в TikTok, где он прямо говорит о том, что система образования не успевает за вызовами искусственного интеллекта, доля трудоустроенных выпускников падает уже третий год подряд и составляет около 70 процентов, а вузы продолжают «штамповать» специалистов, которые либо не работают по профессии, либо остаются без работы.
В последние годы объемы грантового финансирования в Казахстане остаются весьма значительными, хотя тенденции начинают меняться под давлением растущего числа выпускников школ и бюджетных ограничений. На 2024-2025 учебный год было выделено около семидесяти девяти тысяч грантов на бакалавриат, примерно тринадцать тысяч на магистратуру и около двух тысяч на докторантуру. Приоритеты традиционно отдавались техническим направлениям — инженерным, обрабатывающим и строительным отраслям досталось около девятнадцати тысяч четырехсот грантов, педагогическим наукам — около тринадцати тысяч семисот, информационно-коммуникационным технологиям — более десяти тысяч девятисот. Эти цифры отражают попытку государства ориентироваться на нужды экономики, но на практике многие гранты остаются невостребованными по отдельным специальностям, в то время как конкурс на популярные направления зашкаливает, а тысячи талантливых абитуриентов остаются за бортом.
На 2025-2026 учебный год картина выглядит следующим образом: на бакалавриат выделено более семидесяти семи тысяч грантов, при этом общий государственный заказ освоен почти на девяносто девять процентов. Всего на конкурс подали свыше 119 тысяч заявлений. Около 60 процентов грантов пошли на технические специальности, 20 — на педагогические. Остальное распределено по другим отраслям в соответствии с заявленными потребностями. Дополнительно работают программа «Серпін» с 2419 грантами, освоенными примерно на 83 процента, гранты для филиалов иностранных вузов и дифференцированные гранты, которых в этом году тоже около 300. Однако уже на ближайшую перспективу, по данным выступлений в Мажилисе, в этом году ожидается рекордное количество выпускников школ — около 233 тысяч человек, что на шестнадцать тысяч больше, чем ранее. При этом количество грантов на бакалавриат может сократиться до семидесяти двух тысяч. Этот дисбаланс министр Саясат Нурбек объясняет необходимостью пересмотра всей модели финансирования высшего образования, потому что бюджет не может бесконечно расширяться, а демографический рост создает все большее давление.
Саясат Нурбек, возглавляющий министерство с 2022 года, в своих публичных выступлениях старается сочетать признание существующих проблем с описанием предпринимаемых шагов. Особенно жестко вопросы звучали в контексте проверок Высшей аудиторской палаты и прокуратуры. По данным этих органов, в сфере науки и распределения грантов выявлены нарушения на огромные суммы. Высшая аудиторская палата указывала на проблемы примерно на семьдесят миллиардов тенге, прокуратура направляла представления на семьдесят девять миллиардов и даже сто восемьдесят девять миллиардов тенге. Министр в ответ подчеркивал, что значительная часть этих сумм приходится именно на процедурные нарушения — формальное несоответствие в документации, планировании и отчетности, которые по правилам позволяют приплюсовывать всю сумму проекта к нарушениям, даже если реального хищения нет. Реальные финансовые нарушения, по его словам, составляют около 1,7 миллиарда тенге, из которых 1,2 миллиарда подлежат возмещению.
О качестве обучения
С 2023 года проведено около пятнадцати крупных проверок, из них пять — Высшей аудиторской палатой. Нурбек прямо заявил, что по долгу службы несет персональную ответственность за все, что происходит в отрасли. И это не просто слова — за ними последовал план мероприятий по цифровизации процессов, созданию единого окна подачи заявок, усилению контроля со стороны Фонда науки и Национального центра экспертизы, а также законодательным поправкам для повышения прозрачности.
Однако критики отмечают, что признание проблем и планы — это одно, а реальные результаты — совсем другое. Многие проекты в науке остаются на уровне отчетов и конференций, не доходя до коммерциализации. Президент страны ранее уже указывал на низкую эффективность Фонда науки, где вместо реальной поддержки инноваций часто наблюдается имитация деятельности. Разрыв в инновационном цикле остается серьезной проблемой.
Сергей Пономарев в своих выступлениях, которые активно распространяются в TikTok, дополняет картину со стороны качества подготовки кадров. Депутат подчеркивает, что система образования не справляется с вызовами искусственного интеллекта и цифровой трансформации. Доля трудоустроенных выпускников падает. В педагогической сфере только по официальным данным более 35 тысяч учителей зарегистрированы как безработные, еще 70,5 тысячи работают вне профессии, а по десяткам тысяч нет достоверной информации. Вузы продолжают выпускать специалистов без учета реального спроса, что приводит к перепроизводству в одних областях и острейшему дефициту в других. Особенно в IT, инженерии определенных профилей, теплоэнергетике и сельском хозяйстве. Пономарев поднимает вопрос устаревших образовательных программ, некоторые из которых отстают от реальности на 20 лет, и необходимости «чистки». По данным министерства, проверены тысячи программ и сотни планируется закрыть или существенно обновить.
Одна из самых острых проблем — непрозрачность и коррупционные риски при распределении грантов. Скандалы с квотами для отдельных категорий (пострадавшие от чрезвычайных ситуаций, региональные квоты, целевые гранты) возникают почти каждый год. Абитуриенты жалуются на несправедливость, когда высокобалльники остаются без мест, а кто-то получает преференции. Дифференцированные гранты, где государство покрывает часть стоимости, а остальное доплачивают семьи, вводятся как альтернатива, но пока охватывают лишь сотни мест и не решают системного дефицита. В научной сфере уголовные дела по Фонду науки, слабый мониторинг результатов проектов, отсутствие жесткой ответственности за неэффективное использование средств подрывают доверие общества к системе.
Многие молодые ученые жалуются на низкую мотивацию, бюрократию и отток талантов за рубеж, где условия и финансирование значительно лучше.
Говоря о путях решения, Саясат Нурбек акцентирует несколько направлений. Во-первых, цифровизация и создание прозрачных механизмов — единое окно, онлайн-подача, публичные реестры всех проектов с отчетами о результатах. Во-вторых, законодательное усиление контроля и ответственности руководителей фондов и центров экспертизы. В-третьих, фокус на приоритетных специальностях и поддержка филиалов зарубежных вузов, которым в первые годы будут выделяться гранты для казахстанских студентов (пример — с Cardiff University в Астане, где уже открыты сотни мест). В-четвертых, пересмотр модели финансирования в целом: переход к большей роли частных инвестиций, накопительным программам вроде «Келешек», льготным образовательным кредитам под низкий процент и солидарной ответственности семей. Министр также говорит о программах поддержки молодых ученых «Жас Ғалым» и необходимости повышения стипендий, которая уже проводится поэтапно.
Надо перенимать опыт развитых стран
Однако для реального прорыва этих мер может оказаться недостаточно. Анализ показывает, что нужна более глубокая трансформация. Во-первых, внедрение независимого аудита с участием международных экспертов и обязательная публикация всех данных по грантам, включая KPI, промежуточные и финальные результаты, коммерциализацию. Во-вторых, жесткая привязка грантов к нуждам рынка труда через данные искусственного интеллекта и прогнозы занятости. В-третьих, обязательное софинансирование со стороны бизнеса для научных проектов и механизм возврата средств при нецелевом использовании или отсутствии трудоустройства по специальности для образовательных грантов. В-четвертых, усиление конкуренции в экспертизе проектов, привлечение зарубежных рецензентов и отказ от практики «своих» фондов. В-пятых, региональный баланс с поддержкой сельской молодежи, но без ущерба принципу меритократии.
Если посмотреть шире, грантовая система в Казахстане отражает более глубокие вызовы государственного управления: стремление к быстрому росту показателей при сохранении старой административной культуры, слабую связь между наукой, образованием и реальным сектором экономики, недостаток долгосрочного стратегического планирования. Рост числа выпускников на фоне возможного сокращения грантов создает социальное напряжение — тысячи молодых людей рискуют остаться без доступного высшего образования, что может ударить по социальной стабильности и человеческому капиталу страны. В то же время простое увеличение финансирования без реформ приведет лишь к большему разбазариванию средств.
Успешные примеры других стран показывают, что эффективная грантовая система строится на прозрачности, жесткой оценке воздействия, тесной интеграции с бизнесом и постоянной актуализации программ под глобальные тренды — цифровизацию, зеленую экономику, искусственный интеллект. Казахстан уже делает шаги в этом направлении: развитие филиалов зарубежных университетов, введение Национального рейтинга вузов, программы по ИИ. Но темпы изменений пока отстают от вызовов. Отток мозгов продолжается. Инновационных компаний, выросших из грантовых проектов, крайне мало, а доверие к системе распределения грантов остается низким.
В долгосрочной перспективе от успеха или провала реформы грантовой системы зависит очень многое. Если удастся превратить миллиарды тенге в реальные технологии, квалифицированных специалистов, которые работают по профессии и создают добавленную стоимость, страна получит мощный импульс для диверсификации экономики и снижения зависимости от сырья. Если проблемы будут только признаваться, а системные решения откладываться, мы рискуем потерять целое поколение талантов, усилить социальное недоверие и отстать еще сильнее в глобальной конкурентной гонке.
Выступления Саясата Нурбека демонстрируют понимание остроты ситуации и готовность к изменениям, а критика со стороны депутатов вроде Сергея Пономарева и общественности помогает держать давление. Однако настоящие результаты появятся только тогда, когда за словами последуют радикальные структурные реформы, жесткая персональная ответственность и улучшение в прозрачности, эффективности и связи с экономикой. Гранты — это не просто бюджетные деньги. Это инвестиции в будущее нации. И от того, насколько грамотно они будут использоваться сегодня, зависит, каким это будущее будет.