В прошлый раз я поминал (добрым словом) советских октябрят. Младших школьников, которых страна начинала приобщать к своим социальным ценностям и организационным особенностям тотчас, как только они переступали порог школы.
Октябренка в СССР издали узнавали по маленькой красной звездочке с золотым образом маленького Ленина в середине, которой ребятня, особенно вначале, страшно гордилась.
Эти звездочки становились первыми атрибутами той «значковой культуры», которая пронизывала все советское общество и жизнь каждого его члена. Значки в Советском Союзе любили и носили с гордостью. И не в одном лишь детско-юношеском возрасте. Потому что они не только приобщали отдельную личность к единомышленникам, но и зачастую «означивали» индивидуальность носителя. Недаром существовали такие значки, которые представляли собой полноценные награды. Почти медали.
Так что, мне кажется, будет интересно продвинуться, исходя из данной темы, по жизни рядового советского гражданина. Старшие что-то вспомнят, а младшие что-то вынесут.
И Ленин такой молодой!
Пионерами становились где-то в 3-м или 4-м классе практически все учащиеся (а неучащихся в СССР с середины 1960-х, когда было введено всеобщее среднее образование, в стране и не было). Красные галстуки повязывали всем, ведь в тесно сплоченные ряды Всесоюзной пионерской организации имени В.И. Ленина не брали лишь худших из худших.
Пионер, как известно, считался не только «всем ребятам пример», но был еще «младшим братом комсомольца» и «верным ленинцем». Красный же галстук, который отныне становился на годы его отличительным атрибутом, только в редких случаях перекочевывал с шеи в карман. Ведь он почитался частицей того самого Красного знамени, «политого кровью трудового пролетариата и защитников Родины в борьбе за…», которым мы так гордились и цвет которого прочно сопрягался не только со отдельным торжеством, но и с каждым праздником.
Наряду с галстуком грудь пионера украшал еще и особый значок, по которому носителя сразу отъединяли от салажонка-октябренка и не путали с комсомольцем. Значок этот представлял собой дальнейшую трансформацию все той же звездочки с ликом Ленина, но только обрамленный трояким языком пламени и украшенный фундаментальным лозунгом «Всегда готов!». Именно так настоящий пионер должен был отвечать на призыв-предложение старших товарищей — быть готовым отдать всего себя «борьбе за дело коммунистической партии».
Интересно, что крохотный значок с профилем того, чьими «внучатами» считались советские пионеры, изображал почти «иконографический» персонаж уже изрядно подросшим в сравнении с тем ангелочком, который красовался на звездочках октябрят. Что и неудивительно, жители СССР росли «под Лениным», а значит — «с Лениным» («в голове»), постоянно соотнося свои биографии с этапами его жизни. Дабы пытаться быть таким, каким (исходя из тщательно отобранных агиографических канонов) был он — «самый человечный» и «матерый человечище».
Надо сказать, что в отличие от пионерского галстука пионерский значок не являлся столь обязательным атрибутом каждодневного значения.
Будущее из мечты
Не исключаю, что для большинства жителей современной эпохи слово «пионер» уже не несет ни каких-то воспоминаний, ни каких-то ассоциаций и представляется чем-то архаичным и туманным. А для многих — и враждебным, потому как соотносится с Советским Союзом, которого они не застали, но который в их среде положено только хаять как элемент чужеродности и, более того, — враждебности тем благородным чаяниям и веяниям, которые определяют отношения свободных людей в нынешнем обществе всеобщего потребления!
К чему стремится нынешнее общество, сказать сложно. Это если говорить не про деньги, а про высокие идеалы. А вот к чему призывали стремиться Всесоюзную пионерскую организацию имени Ленина идеологи СССР.
«Законы юных пионеров Советского Союза.
Пионер любит свою Родину, Коммунистическую партию Советского Союза. Он готовит себя к вступлению в члены ВЛКСМ.
Пионер чтит память тех, кто отдал свою жизнь в борьбе за свободу и процветание Советской Родины.
Пионер дружит с детьми всех стран мира.
Пионер прилежно учится, дисциплинирован и вежлив.
Пионер любит трудиться и бережет народное добро.
Пионер — хороший товарищ, заботится о младших, помогает старшим.
Пионер растет смелым и не боится трудностей.
Пионер говорит правду, он дорожит честью своего отряда.
Пионер закаляет себя, каждый день делает физкультурную зарядку.
Пионер любит природу, он — защитник зеленых насаждений, полезных птиц и животных.
Пионер — всем ребятам пример!»
Ступени реального взросления
А вот более любопытное, хотя и менее известное. Три ступени навыков пионерства, разрабатывавшиеся во времена «строительства коммунизма».
«Пионер первой «ступени» должен уметь убирать комнату, накрывать на стол, кататься на лыжах и коньках, он умеет посадить деревце и сделать скворечник, правильно уложить рюкзак и развести костер, он знает, как отличить полезные грибы и ягоды от ядовитых и еще многое другое...
Еще больше навыков у пионера второй «ступени»: он умеет хорошо владеть простейшими столярными и слесарными инструментами, знает Государственный флаг и герб СССР и своей союзной республики, выращивает овощи, кукурузу, цыплят, кроликов, умеет ориентироваться по компасу, играть в разные спортивные игры и т. д.
Пионер третьей «ступени» готовится стать комсомольцем, ему нужно знать заветы Ленина молодежи, он должен быть хорошим спортсменом, уметь починить электроприборы, фотографировать, управлять какой-либо машиной и помогать труженикам полей».
Таким хотело видеть свое подрастающее поколение советское государство. Думаю, большинство адекватных родителей и ныне не отказалось бы от таких безупречных отпрысков — любящих Родину, учебу, физкультуру, природу и прочее.
Но, акцентирую, таким должен был стать идеальный советский подросток, о котором дружно мечтали страна, семья и школа. Мечты и реальность, правда, как часто случается в этом мире, несколько расходились. Хотя до определенного момента не фатально.
Любопытно, что все это по инерции культивировалось идеологическими отцами-основателями даже в ту пору, когда строительство нового общества начало дышать на ладан, элита стала с вожделением посматривать на Запад, а средства массовой информации буквально захлебывались от злобы к собственному прошлому и одновременно иссыхали от жажды разоблачить все и вся.
Отряхнем его прах с наших ног?
Увы! Как и на все советское, на Всесоюзную пионерскую организацию имени Ленина в постсоветских странах ныне смачно наплевали и заклеймили ее однозначным термином «зло». И, казалось бы, сколько уж лет прошло с тех пор, как последний пионер снял последний красный галстук, а непорочнорожденнные супротивники СССР все никак не обретут покоя.
Особо отчего-то надрываются и беснуются те, которых к окончанию существования советской пионерии еще и в задумках не было. Им-то она что сделала? Или они могут предложить взамен что-то лучше? Ах, они лучше знают! И могут судить с высоты своей гордой эпохи. Ну-ну...
В то время, когда нынешние подрастающие еще не ведали, о чем вели шепотом дерзновенные разговоры на изолированных кухнях в Москве, Ленинграде и Куйбышеве бесстрашные враги советской власти, все выглядело совсем иначе. Большинство родителей, хотя и относилось ко многому окружающему с характерной для эпохи «развитого социализма» иронией, но в оппозиционности к существующему строю не замечалось. И дети отнюдь не страдали раздвоенностью в своем отношении к истории и не были преисполнены какой-то затаенной злобы к существовавшему строю, как считают многие пользователи ныне.
Пионеры воспринимали все окружающее и происходящее вокруг них, оставаясь обыкновенными детьми, для которых вступление в «ряды» знаменовало совсем не начало «восхождения по партийной линии», а лишь старт своеобразной и увлекательной ролевой игры.
Ведь с обретением красного галстука и заветного значка у подростка наступала качественно новая жизнь со всеми вытекающими: кострами, маршами под барабан и горн, увлекательными военизированными играми типа «Зарницы», летними лагерями (с походами и печеной картошкой), выездом «на помощь» в ближайшие колхозы, сбором металлолома и макулатуры. Сборами, на которых все было совсем «по-взрослому», как на настоящих производственных собраниях. И еще многим-многим из того, чего уже нет и не будет у ныне подрастающих поколений.