«Ленинская смена»: культура, субкультура и баснословные тиражи

Записки свежеиспеченного ветерана казахстанской журналистики, часть 7

Еще совсем недавно во всем мире существовала своеобразная газетная культура (и газетная субкультура, без которой то недавнее прошлое и не представить). Но оставим пока «весь мир» и остановимся на Советском Союзе, типичной частью которого был Казахстан.

Записки свежеиспеченного ветерана казахстанской журналистики, часть 7

Газетная культура...

Каждое утро каждая семья приобретала и получала несколько газет. В самом распространенном варианте — одну «центральную» («Правду», «Известия», «Труд», «Комсомолку» и т.д.) и одну «местную» («Казправду», «Социалистик Казахстан», «Ленсмену», «Лениншил жас», «Огни Алатау», «Жетысу» и пр.). Болельщики регулярно добавляли в список «Советский спорт», пионеры — «Пионерскую правду» («Дружные ребята», «Казахстан пионери»), сельчане — «Сельскую жизнь», учителя — «Учительскую газету» (или «Учитель Казахстана» — «Казахстан мугалеми»), военные — «Красную звезду» («Красное знамя»), а более высоколобые читатели к уикенду — «Литературку», «Неделю» и «За рубежом». Вечером алмаатинцы как правило покупали еще и любимую «Вечерку». Таким образом дневной сбор мог составлять довольно солидную стопку.

За день все это «просматривалось», «прочитывалось» и даже «прорабатывалось» всеми членами семьи. Читатели газет присутствовали в СССР повсюду — в кабинетах чиновников и администраторов (там это ежедневное чтение считалось частью работы), на скамейках — в скверах, парках и перед домами, в транспорте (особенно удобно было читать в трамваях, электричках и метро), дома (это, правда, касалось в основном мужчин) и... Да везде, где только можно было развернуть формат А2 (именно таким печатались все ежедневные газеты).

Встретившись после окончания рабочего дня, домашние советовали и рекомендовали друг другу «посмотреть» номера и прочитать понравившиеся материалы. Но чтением все не ограничивалось. Те, кто был каким-то образом завязан на политучебу, «делали вырезки» передовиц и официальных документов. Хозяйки собирали рецепты блюд и «маленькие хитрости» в специальные папки, а пенсионеры отмечали всякие поучительные заметки для внуков. Особо резонансные статьи могли обсуждаться «в кругу»: за ужином, с друзьями, сослуживцами, товарищами, соседями. Кроме того, субботняя страница местных газет, в которой публиковалась «Программа телепередач» на грядущую неделю, просмотренная и подчеркнутая в нужных местах, дабы не пропустить важного (иногда свои выделения разными карандашами делали не только взрослые, но и дети), занимала свое законное место возле «ящика».

Свежепросмотренные номера, однако, могли «откладываться на потом» (если в них печатался официоз, крупные очерки«кирпичи», или просто для их прочтения не хватило времени). Понятно, что благодаря такому вниманию стопки прочитанных (и непрочитанных) газет, разраставшиеся с каждым днем, занимали все больше пространства в небольших квартирах читателей.

Но эта макулатура была отнюдь не «мертвым грузом, так как сфера нецелевого применения этого добра вряд ли может быть оценена во всем его величии бледными поколениями владельцев нынешних гаджетов.

...И газетная субкультура

Газетная бумага отличалась относительно легким весом (что позволяло почтальоншам набивать свои сумки до отказа), пониженной белизной (что делало чтение гораздо более комфортным для глаз), высоким содержанием древесины (что благоприятно сказывалось на экологии в целом). Она легко перерабатывалась как промышленностью, так и природой, и вообще-то считалась «одноразовой».

Но вот тут позволю себе возразить. Потому как невероятное разнообразие способов использования прочитанных газет говорит ровно о противоположном.

Каких способов? Ну, например...

Легко воспламеняющиеся газеты считались идеальной растопкой для костров, печей, плит (и не только дровяных — свернутый жгут являл собой единственный способ воспламенения газовой духовки). Это же свойство ценилось отживавшим свое племенем «бывалых курильщиков», предпочитавших всем «Полетам» и «Беломорам» собственноручно скрученную «козью ножку».

Газеты стелили: на пол при ремонте — для защиты, на столы и стулья — для перекуса в антисанитарных условиях или, чтобы, не снимая сапог, вкрутить лампочку. («Ты б, Василь Иваныч, хоть бы газетку постелил!». — «Ничего, Петька, и так дотянусь...). На скамейку под любимую девушку, дабы произвести впечатление.

Когда шли на работу (в школу, институт или в поход), в газеты заворачивали завтраки, которые предстояло съесть в обед (на перемене, в перерыв, на привале). После отхода от перрона поезда дальнего следования характерное шуршание переполняло вагоны. Из развернутых газет тут же доставались обязательные для всякой «нормальной дороги» жареные куры, вареная картошка, яйца, соленые огурцы и непочатая бутылка какого-нибудь «Агдама». Счастливого пути!

Заветный «пузырь», кстати, часто заворачивали в газетку, выходя из гастронома, дабы чинно-благородно пронести до дома мимо любопытных взоров старушек-соседок. В газетную бумагу заворачивали в магазинах товары и даже продукты (когда кончалась специальная бумага для обертки). Она же использовалась на базарах и базарчиках. Семечки, которые продавались маленькими гранеными стаканчиками, старушки всыпали в газетные кулечки. Их любители полузгать несли в руках или закладывали в оттопыренные карманы брюк.

Из той же старой газеты можно было сделать массу увлекательных детских радостей-игрушек — кораблик, самолетик, рупор, воздушного змея или противосолнечную шляпу. Фасонов таких шляп, выходивших из рук умельцев, было великое множество — от тривиальных пилоток до изощренных шапочек с козырьками.

С помощью размоченных газет с добавлением клея — папье-маше — в школах (и дома) делалось великое множество всяческих макетов и учебных пособий. Рельефы местности, вулканы, мезозойские миры, «ленинские места» и т.п.

Ну и, заканчивая тему (которую на самом деле можно тянуть бесконечно), вопрос на засыпку воспитанникам тестирования — чем заменяли туалетную бумагу в те времена, когда промышленность ее не производила?

Что и говорить, сколь приятно было любому журналисту лицезреть чтение своего опуса случайным читателем в трамвае или парке, столь обескураживающим являлось обнаружение того же выстраданного шедевра в стопке разорванных газетных листков на гвоздике в сортире...

Макулатура? Век макулатуры пришелся на излет советского строя. Когда в стране возник дефицит всего, в том числе и бумаги. Это была отдельная эпопея. Но к этому я вернусь как-нибудь позже.

Тиражи без рекламы

Газет в Алма-Ате, столице Советского Казахстана, издавалась много (а продавалось в ларьках «Союзпечати» и доставлялось почтальонами подписчикам — еще больше). В то время, когда я обрел первый официальный статус в «Ленинской смене», в городе издавались 24 общеполитические и ведомственные газеты, разовый тираж которых составлял 2 миллиона экземпляров! Ежедневный тираж самой «Ленсмены» приближался к тремстам тысячам. (Для газет, выпускающихся ныне, тираж даже в 10 000 является недостижимой мечтой!)

Кроме того, 17 мощных организаций (предприятия вроде обувного объединения «Джетысу», Домостроительного комбината, мощные заводы, все крупные вузы и т.п.) выпускали собственные «многотиражки». Погранокруг, МВД, Среднеазиатский военный округ издавали свои газеты для внутреннего пользования. Эти многотиражки — достаточно любопытный слой советских СМИ, о которых я также постараюсь вспомнить специально.

Огромные тиражи советских газет зиждились на том, что редакциям не нужно было заботиться о деньгах. Вся пресса содержалась государством, партийными и общественными структурами (также, по сути, государственными). С другой стороны, 300 000 экземпляров даже по цене в две копейки штука — это 6000 рублей в день.

Потому, например, в «Ленсмене» 80-х не было никакой рекламы. И не в одной только «Ленсмене». Зачем было занимать площадь чем-то абстрактным, когда в редакционном портфеле была такая масса конкретных материалов, ожидающих своей очереди?

Но реклама как таковая все же имела место в некоторых изданиях, заточенных на информирование граждан. Например — в «Вечерке». Хотя та реклама в отличие от нынешней была сухой и формальной и часто не несла никакого коммерческого смысла. «Летайте самолетами «Аэрофлота»! Кому надо было куда-то лететь, просто шел в авиа-агентство и обреченно вставал в конец длинного хвоста в кассу «Аэрофлота». Никаких альтернатив тому не было.

Многим незрелым согражданам будет любопытно узнать, что в Алма-Ате с 1970-х годов издавался специальный еженедельник «Реклама» — приложение к «Вечерней Алма-Ате». Он и стал первым рекламным изданием в Казахстане. В основном его заполняли объявления граждан, афиши новых кинофильмов и приглашения всяких магазинов и пунктов бытового обслуживания — прийти, купить ботинки, пошить костюмчик или сделать перманент. Те, кто делал ту «рекламу», вряд ли осознавали, что их газета может считаться предтечей грядущих СМИ, тех, которые заполонят медийное пространство в недалеком будущем...

(Продолжение следует.)

Что еще почитать

В регионах

Новости региона

Все новости

Новости

Самое читаемое

Популярно в соцсетях

Автовзгляд

Womanhit

Охотники.ру