Кто протезирует казахстанских инвалидов

09.10.2019 в 04:48, просмотров: 463

Каждый человек индивидуален, однако есть группа людей с особыми потребностями, которые в силу определенных обстоятельств оказываются за кругом привычного для них самих образа жизни. Но ампутация или врожденные патологии опорно-двигательного аппарата не приговор, а другая жизнь, в которую нужно входить уверенно.

Кто протезирует казахстанских инвалидов

Психологическая реабилитация пациента, перенесшего ампутацию, сложный и длительный процесс, однако и он не является завершающим. Следующим серьезным шагом является частичное возмещение утраченных частей тела — работа большая и незаменимая. Корреспонденты «МК» побывали в месте, куда случайный человек вряд ли зайдет ради любопытства. Мы ознакомились с последними трендами отрасли — продукцией АО «Республиканский протезно-ортопедический центр» (РПОЦ), предприятия по изготовлению вещей, дающих надежду. Там мы познакомились с сотрудниками, которые сутками напролет трудятся, чтобы жизнь других людей стала немного легче, и руководителем РПОЦ Николаем Николаевичем Петровым, давшим эксклюзивное интервью о тонкостях казахстанской сферы протезирования и ортопедии.

Забегая вперед, скажем, что во всей стране не наберется и десятка практикующих врачей-протезистов, что, несомненно, подчеркивает нехватку в Казахстане квалифицированных кадров. Но обо всем по порядку.

На АО «РПОЦ» приходится 74% изделий протезирования и около 91% специализированной ортопедической обуви от общего объема, производимого в Казахстане. Разъясним. Под ортопедической обувью понимаются не те «ортопеды», которые выставляют гламурные бутики на своих аляпистых витринах. Отнюдь. Речь идет о действительно нестандартной обуви, в которой нуждаются люди с сильными физическими отклонениями, такими как различная длина ног, патологическое искривление стоп.

— Николай Николаевич, расскажите о структуре социальной защиты инвалидов в Казахстане. Как она работает? Кто имеет право на бесплатную реабилитацию и протезирование, а кто — нет?

— Если коротко, то на первом этапе Управление координации занятости и социальных программ (УКЗСП) формируют список потребности в ортопедической обуви, а также протезах. В каждой области есть свое управление. Второй этап — объявление конкурса. То есть здесь работает тендерная программа госзакупок со всеми вытекающими достоинствами и недостатками. Государство гарантирует бесплатное протезирование и реабилитацию инвалидам I, ІІ и ІII групп. Что касается инвалидов III группы (по обуви), то государство оплачивает 50% от стоимости изделия.

— У тендерной системы есть ряд широко известных недостатков, не приводит ли она к снижению качества работы?

— Для нас это непростая тема. Тендерная система — «больная мозоль» не только для Казахстана, но и всех стран СНГ. Известно, что Закон о госсзакупках подразумевает четко прописанные правила и требования к конкурсантам. Увы, но новые компании, которые пытаются выйти на рынок, зачастую попросту не способны организовать полный цикл услуг. Как правило, таких участников не допускают к конкурсу. В итоге это приводит к тому, что из-за недостаточного числа участников конкурс признается несостоявшимся, и его объявляют повторно. Такие задержки порой исчисляются месяцами. Есть примеры, когда мы начинали работать лишь в июле. То есть люди, нуждающиеся в протезировании, с начала года и практически до середины лета вместе с нами находились в режиме ожидания, не имея возможности получить вещь, которая в большинстве случаев является жизненно необходимой.

— Получается, что, теряя столько времени, некоторые люди остаются без протезов?

— Не совсем так. Даже, несмотря на то, что тендер может сильно затянуться, на шесть месяцев и более заключения договора, мы вынуждены обслуживать наших пациентов не в течение года, а в более короткий промежуток времени. Так, в 2019 году по Алматинской области мы заключили договор (по сути, начали работать) в начале сентября. Соответственно и объемы, обязательные для выполнения работ, сохраняются при фактически двукратном сокращении времени на исполнение, — сетует эксперт.

Действительно, тендерная система оправдывает себя, когда речь идет о закупке кирпичей, канцелярских товаров в акимат или транспорта для бюджетных автопарков. Вряд ли произойдет что-то фатальное, если чиновник поездит еще полгода на «старом» автомобиле, но с инвалидами ситуация иная. Полгода ждать протез, без которого нет нормальной возможности даже сходить за буханкой хлеба, и оказаться без скрепок — это не одно и то же.

— Другая сторона медали — это человеческий фактор, — продолжил Петров. — Получив заказ, рассчитанный на год, который необходимо реализовать за полгода, людям приходится работать в две смены, порой жертвуя собственным выходным днем. Понятно, что в таком ритме невозможно исключить ошибок и недоработок. Сказывается элементарная усталость работника. Конечно, все выявленные недочеты в итоге будут устранены, но это опять-таки требует дополнительного времени как работников РПОЦ, так и граждан страны. Представьте, насколько усложняется этот процесс, если протезируемый оказался не из города, а приехал в Алматы из аула на один день.

— Опираясь на международный опыт, какие пути решения вы видите?

— Мы смотрели опыт многих стран. Есть наброски новой системы, так скажем, которая работает от обратного. То есть инвалид сначала сам оплачивает протез, причем в том учреждении, где посчитает нужным, и после его получения, собрав весь необходимый пакет документов, сдает его в компетентные органы. После этого деньги возвращают владельцу. На бумаге все выглядит гладко, и в теории конечный потребитель должен только выигрывать. Но здесь важно понимать, что есть и подводные камни.

Во-первых, увеличивается риск проведения махинаций. Скажем, когда инвалид вместо положенной плановой замены текущего протеза решает оставить себе старый, выдав его за «обновку», и попытается получить от государства деньги на псевдопокупку. Мотивов, располагающих к подлогу, может быть множество, начиная от банальной корысти и заканчивая сложным финансовым состоянием семьи инвалида в конкретный отрезок времени. Сам факт возможности реализации такой аферы уже подталкивает к совершению правонарушения.

Во-вторых, в Казахстане невозможно получить услугу, где захочется. Протезирование — это не хирургия, отделения которой есть в каждом городе страны. И самое печальное, что в государстве нет квалифицированных специалистов. Врачей-протезистов во всей РК можно пересчитать по пальцам — их всего семь человек. Есть врачи-протезисты по образованию, но практикуют ли они? Многие после получения диплома попросту не работают по своей специальности.

— Как много людей обращаются в центр и каков средний срок службы протеза?

— У нас на учете стоят 49 703 человека. То есть если пациент у нас хотя бы один раз протезировался, он остается в картотеке. Это значительно упрощает работу, позволяя отлеживать статистику. В прошлом году мы обслужили 15 170 человек. Что касается цикла, то все нормы четко прописаны в приказе Министерства здравоохранения и социального развития РК от 22.01.2015 г. No 26, который регламентирует правила обеспечения инвалидов ПОП и техническими вспомогательными (компенсаторными) средствами — протез следует менять каждые три года. При этом раз в год проводят ремонт. Это крайне важная процедура, поскольку человек может набрать или потеряет в весе, может измениться культя. То есть в таких случаях требуется доработка или подстройка протеза. Что касается обуви, то она меняется каждый год.

— Детское протезирование. Существует ли отдельная линия производства или все-таки речь идет о поточности производства?

— Когда мы говорим о тендерах, то в счет идут сухие цифры. Ребенок это или взрослый человек — в технической спецификации не указывают. Если есть потребности и соответствующая группа инвалидности, то заявку примут и реализуют. От себя скажу, что у нас 53,7% производимой продукции выпускают для детей.

— Государственная краевая протезная мастерская, на базе которой впоследствии открыли РПОЦ, начала свое существование еще в 1929 году. С того времени изменились и технологии, и оборудование... Что для вас является предметом гордости центра?

— Коллектив. Главная драгоценность центра — это люди. Я уже отмечал, что у нас главный врач-протезист работает 40 лет. На самом деле обслуживать людей с особыми потребностями может не каждый. Ежедневно видеть маленьких детей, которые в полтора-два года лишились ручки или ножки, которых нужно протезировать и которые, возможно, даже не осознают, с чем им придется столкнуться... Это непросто, но наш коллектив, в котором также работают и инвалиды, справляется с этой задачей.

Если говорить именно о вещах, продукции, то мы используем коленные модули ведущих производителей мира. С их помощью пациенты могут комфортно двигаться в любом темпе, что особенно важно при перемещении в ограниченном пространстве. В теории мы можем применять и использовать все технологии, которые сейчас практикуются в Европе. Поскольку Казахстан практически ничего для нашей отрасли не производит, многие узлы, детали и даже готовые решения мы покупаем за границей. Важно отметить, что мы избегаем сотрудничества с мелкими безызвестными копаниями, отдавая предпочтение лидерам отрасли, таким как Freedom Innovation (США), Otto Bock (Германия), Nabtesco (Япония).

Наши специалисты регулярно посещают международные форумы и проходят курсы повышения квалификации. Еще пять лет назад у нас был опыт протезирования электронно-бионической руки. То есть это же не протез, а практически функциональная рука, управлять которой можно силой мысли. Есть такой опыт, — заключил Петров.

Однако Николай Николаевич вспоминает этот опыт с определенной долей сожаления в голосе. Несмотря на то, что эксперты РПОЦ способны работать с протезом любого уровня сложности, они ограничены тем заказом, который поступает в центр. Если, к примеру, в госзаказе указан простейший протез на мотив «ноги» капитана Флинта, ему не могут установить упомянутый современный протез с коленным модулем, поскольку его стоимость составляет около 24 миллионов тенге. То есть чем чаще УКЗСП областей будут заказывать современные протезы, отвечающие всем требованиям пациента, тем быстрее отрасль будет продвигаться вперед.

В Казахстане можно пересчитать по пальцам организации, способные не только произвести протез, но и организовать медико-социальную реабилитационную помощь. РПОЦ, расположенный в Алматы, обслуживает всю южную столицу и четыре области: Алматинскую, Жамбылскую, Кызылординскую и Мангистаускую. Петропавловский филиал обслуживает город Нур-Султан и Карагандинскую, Костанайскую, Северо-Казахстанскую области. Семипалатинский филиал обслуживает Восточно-Казахстаную область. В год центр производит более 30 000 изделий, каждое из которых делает жизнь человека с особыми потребностями намного комфортнее и безболезненнее.