Промышленный шпионаж - иногда единственное средство быстрого достижения цели

В советской прессе в 1970-е годы опубликовали карикатуру: сто миллионов китайцев держат большую рогатку, а другие сто миллионов ее натягивают. В рогатке — атомная бомба. Такими мы видели своих восточных соседей: сочетание апломба и отсталости, которым осталось только копировать и подражать передовым странам. Сегодня стало понятно, что все действительно передовое уже работает на Китай.

Промышленный шпионаж - иногда единственное средство быстрого достижения цели
Орбитальная станция

Из глубины веков

«Вот мой дар тебе, любимый, твой народ всегда будет пребывать в богатстве!» — с этими словами китайская принцесса распустила свою замысловатую прическу, и из нее посыпались коконы тутового шелкопряда. Брак принцессы с правителем Бухары оказался, кроме счастливой любовной истории, еще и одним из первых масштабных операций промышленного шпионажа. Монополию Поднебесной империи на поставки шелка ликвидировали. Позднее нечто подобное совершили византийские паломники. Финансируемые императором Юстинианом, монахи в полых бамбуковых посохах в 552 году н.э. принесли ему обещанные коконы. В те далекие времена высокоразвитая китайская цивилизация была источником инноваций и, соответственно, жертвой воровства и шпионажа. Можно вспомнить похожие истории с технологиями производства фарфора, бумаги. Возможно, сейчас китайцы просто берут реванш в вечном соревновании разведок и конкурирующих групп. История распространения открытий и изобретений показывает, что шпионаж зачастую был единственным средством получить искомое.

Технологически передовые ныне страны не гнушались никакими методами и средствами, чтобы раскрыть секреты конкурентов. Так, в течение нескольких столетий Англия была монопольным производителем текстиля. Положение казалось безнадежным, пока за дело не взялись американцы. Некий Самуэль Слейтер, поработав в Англии на текстильной фабрике подмастерьем, скопировал ее рабочие чертежи и отбыл с ними в Новый Свет, где основал собственное производство. Довольный смышленый подмастерье, скажете вы, и не ошибетесь. Сама же Англия провела классическую операцию по похищению семян каучуконоса гевеи с бразильских плантаций. Британский эмиссар Генри Уикхен нанял отряд индейцев, которые собрали заветные семена. После их перевезли на находящуюся в дрейфе английскую шхуну. Через две недели плавания семь тысяч семян гевеи благополучно доставили в Портсмут. И уже через несколько лет британские компании начали массово культивировать гевею на Цейлоне и в других южных колониях.

Двадцатый век внес свои коррективы в промышленный шпионаж. Романтика великих географических открытий уступила место пониманию, что ключевой ценностью являются сведения о тонкостях промышленной технологии и стратегии поведения конкурентов. И уже по окончании Второй мировой войны специальные службы антигитлеровской коалиции перебросили участников немецкой ракетной программы в свои страны, СССР и США, заложив тем самым основы национальных ракетных программ. Забыв об их нацистском прошлом, руководствуясь тем, что «кадры решают все».

В-29

Как это делается

Добывание технологических секретов и создание копий-аналогов образцов техники конкурентов — непростая задача. Леонид Кербер, авиаконструктор, соратник Андрея Туполева, рассказывал о технологии воспроизводства американского стратегического бомбардировщика В-29 на советских предприятиях. «Первый экземпляр В-29 решили, по предложению генерального, разобрать полностью, все его детали использовать для выпуска чертежей, а всю начинку передать специализированным НИИ, КБ и заводам. Второй экземпляр самолета — использовать для снятия характеристик и обучения летного состава. Третий — сохранить в неприкосновенности как эталон.

Принцип разборки приняли такой: самолет расстыковывался на отдельные, конструктивно независимые агрегаты, по каждому из которых назначили ведущего конструктора с бригадой инженеров, техников и такелажников. Отстыкованный агрегат устанавливали в специально для него заранее изготовленный стапель, обшитый войлоком, обмеривали, на него с помощью теодолита наносили контрольные репера. Затем с него демонтировали оборудование, но прежде фиксировали, куда идут от каждого прибора трубки гидравлики и пневматики, провода, сколько их, какого они сечения, длины, как замаркированы. Все это фотографировали, взвешивали, нумеровали и заносили в специальные реестры. Ежевечерне автобусы с конструкторами и снятым имуществом направлялись в КБ. Когда агрегат оставался абсолютно пустым, его тоже отвозили в соответствующий цех завода и там уж разбирали до последней заклепки».

Возможно, и сегодня в секретных лабораториях процедура эта в основных чертах осталась прежней. Из новшеств добавились технологии прототипирования и неразрушающегося контроля, позволяющие получить детальный облик до микронных величин и информацию о структуре объекта. Впрочем, не всегда наличие в руках детали или оборудования приводит к успеху. Уже много лет те же китайские авиастроители, эксплуатируя российские истребители Су-27 и Су-30, бьются над проблемой двигателя для китайских прототипов этих самолетов. Необходимы глубокое знание производственных процессов и умение их воссоздать. И здесь на первый план выходит информация. Ее можно получить, например, в процессе обучения. В середине 90-х годов на соответствующих факультетах МВТУ имени Баумана, МАИ, Академии имени Можайского училось изрядное количество студентов и курсантов из Китайской Народной Республики. Ряд из них стали аспирантами и докторантами этих вузов. Многие тома конструкторской документации официально приобрели китайские коллеги у российских предприятий. Так, китайцы получили доступ к деталям конструкций пилотируемого корабля «Союз», модулей станции «Мир», скафандров «Орлан» и «Кречет». Недавно появились сообщения, что документация по программе «Буран» также оказалась в распоряжении китайских коллег.

Ну а то, что нельзя купить официально, добывают с помощью специальных операций. Иногда это агентурная разведка. Но чаще всего это умение работать с открытыми источниками. Современные технологии предоставляют широкие возможности. Существуют специальные программы типа известной Mozaic, которые могут формировать базу данных на интересующий объект, строить траекторию развития интересующей темы. Есть технологии проникновения в закрытые архивы и DATA-центры. Применяют все формы сбора сведений о персоналиях, задействованных в ракетно-космических программах. В 2013 году мне пришлось участвовать в работе семинара Института ООН по проблемам разоружения (UNIDIR) в качестве эксперта. Круг был узкий. Отбор провели в том числе и с помощью так называемых профилей специалистов на основе их информационной активности и обмена данными, говоря профессиональным языком. Такова общепринятая практика в подобных организациях.

Автоматическая станция на Луне

Ракеты и секреты

В финале Второй мировой войны советская разведка добилась высочайшего успеха в истории, добыла ключевую информацию о конструкции атомной бомбы, создаваемой в США в рамках проекта «Манхэттен». Опираясь на содействие прогрессивно мыслящих западных ученых и специалистов, таких как Клаус Фукс, Нильс Бор, Роберт Оппенгеймер, супруги Розенберг, нашим разведчикам удалось получить чертежи, расчеты, схемы и компоновки ядерных зарядов. Это позволило резко ускорить проведение соответствующих работ в нашей стране, а главное — обеспечить в итоге безопасность для СССР и для всего мира.

Сегодня известно о многих операциях разведок, обеспечивших получение ключевых сведений в сфере критических технологий.

Первый израильский истребитель «Кфир» был адаптированной копией французского «Миража-3». Американская боевая ракета класса «воздух-воздух» «Сайдуиндер», добытая в воюющем Вьетнаме, стала технологическим ориентиром для отечественных изделий. Секретная сделка по приобретению металлорежущего оборудования у японской «Тошиба» и норвежской «Конгберг» дала возможность нашим судостроителям выпускать винты с ламинарным профилем, соответственно обеспечила советским подлодкам бесшумный ход. С помощью данных об аэродинамике «Шаттла», имевшихся в распоряжении КБ «Молния», сэкономили значительные ресурсы и время при создании многоразового корабля «Буран». А спустя годы разработчики американского космического корабля Dream Chaser использовали аналогичные данные советского «Бор-4» для своих целей.

Российские скафандры

Семимильными шагами

А как же все-таки Китай? Насколько значим был фактор заимствования и какую роль играли собственные усилия?

Профессор Леонид Горшков из ракетно-космической корпорации «Энергия» заметил: «Давно известно — всегда легче делать что-то, когда знаешь, что кто-то это уже сделал до тебя».

Но давайте посмотрим трезво: все, что Китай повторил, было шагом вперед по сравнению с исходными прототипами. Одного заимствования недостаточно. Тот же пилотируемый корабль «Шэньчжоу» далеко опережает российский «Союз» — он просторнее, имеет значительно большую энергетику, способен при возвращении космонавтов оставить на орбите работоспособный служебный отсек.

За каждым полетом китайских кораблей в космос — новые пройденные этапы, на достижение которых у СССР и США уходили годы, порой десятилетия. Уже идут испытания многоразовых носителей, тяжелых ракет. И все это — уже собственной разработки. Пройдя этап копирования, китайская промышленность стала самодостаточной. У нее сегодня широкий спектр новейших разработок и передовых технологий.

Возможно, история делает очередной виток и теперь снова наступает время учиться у Китая.