Криминальные корни проблемы
— Скажите, с чего все началось?
— Западный Казахстан — это Атырауская, Мангистауская, Западно-Казахстанская и Актюбинская области. Места там богатейшие, с колоссальными запасами нефти, газа и рыбы в Каспийском море. Но в нулевые годы эти огромные богатства легли на разрушенную советскую инфраструктуру, общую неустроенность и просто вопиющее социальное расслоение. Гигантская разница между сытой жизнью нефтяников и безнадегой простых рабочих поселков породила суровый криминальный замес.
Причин быстрого развития криминала несколько. Первая — огромный поток неучтенных наличных денег. Вторая — нефтяной бум привлек в регион гигантские средства. Появилась куча наличных денег, они крутились в сфере услуг, строительства, ремонта и логистики. Местные ОПГ и мелкие банды быстро сообразили, что на этом сытом поле можно сшибать огромный куш. Третья причина — удобная география и бесконечные степи. Огромные пустынные территории без милицейских постов и тысячи километров практически открытой границы с Россией позволяли везти любую контрабанду. Сыграл роль и выход к Каспийскому морю, которое стало идеальной дорогой для браконьерства. И, наконец, четвертая причина — избыток дерзкой и ничем не занятой молодежи. Он образовался из-за сильного демографического роста и массового притока рабочей силы из дальних аулов в города. Полное отсутствие нормальных спортивных секций, рабочих мест и перспектив тоже в числе причин роста криминала.
Необходимо отметить, что одной из наиболее мощных ОПГ в регионе стала группировка из города Уральска. Как ее называли, ОПГ «Х». Не «икс», а «хе». Она состояла на оперативном учете в органах МВД с начала 2000-х годов. Ее члены не раз вступали в открытое столкновение со своими конкурентами из других областей Казахстана. Все продолжалось до тех пор, пока сотрудники полиции ЗКО не пресекли деятельность данной ОПГ.
Черное золото
— Что являлось самым прибыльным бизнесом для преступности в те годы?
— Хищения сырой нефти. Преступники врезались в магистральные нефтепроводы, причем цистернами и даже целыми эшелонами. Это был высокотехнологичный и четко организованный промысел, в котором участвовали инженеры, водители, криминальные авторитеты и коррумпированные чиновники.
— Как им удавалось так все организовать?
— Да, это выглядело как настоящая секретная операция. Сначала поиск безопасного места и скрытный монтаж, а ночью опытные сварщики делали врезку и отводили гибкий шланг высокого давления на сотни метров от трассы. Шланг закапывали глубоко в землю и выводили в заброшенный коровник или неприметный частный гараж. Дальше — ночная загрузка и перевозка. В назначенное время к месту подгоняли переоборудованные водовозы или бензовозы с поддельными номерами. За пару часов в цистерну нацеживали десятки тонн сырой нефти. Водители получали на руки фальшивые документы на перевозку. Украденную нефть везли на подпольные мини-заводы, которых в Актюбинской и Атырауской областях тогда было пруд пруди. Ее перерабатывали в низкосортный бензин и солярку. Часть сырья сливали на баржи и нелегально отправляли на экспорт через сомнительные фирмы-однодневки.
Например, в 2006 году в Атырауской области оперативники выявили целую подземную магистраль. Преступники проложили от государственного нефтепровода пластиковый шланг высокого давления длиной почти четыре километра, который выходил на территорию частного склада. Внутри стояла насосная станция и были вырыты огромные резервуары. Когда спецназ брал этот объект, там как раз заправлялись сразу три бензовоза. Водители даже не сразу поняли, что происходит, ведь крыша из местных силовиков гарантировала безопасность. Доход этой группировки составлял сотни тысяч долларов в месяц!
Икорная мафия
— На втором месте после хищения нефтепродуктов идет?..
— Черная икра осетровых и, собственно, сами осетровые каспийского бассейна. В нулевые годы запасы их стремительно таяли, цены на черном рынке взлетели до небес, и Каспий превратился в настоящую арену боевых действий.
Браконьеры тех лет — это хорошо вооруженные и технически оснащенные бригады, готовые стрелять без предупреждения. Они имели мощнейшие плавательные средства. На скоростные пластиковые катера-байды навешивали по три-четыре импортных мотора общей мощностью в 800-1000 лошадиных сил. Такие лодки летели по волнам со скоростью под сто километров в час и легко уходили от любых патрульных катеров того времени. А пользовались они зашифрованными каналами связи для переклички с береговыми наблюдателями, которые предупреждали о перемещениях пограничников.
Имелось и серьезное вооружение: автоматы Калашникова, охотничьи карабины, гладкоствольные ружья.
В 2008 году в акватории Каспийского моря пограничный патрульный катер засек в море неопознанную байду, которая на гигантской скорости шла в сторону международных вод. На требования остановиться браконьеры только прибавили газу и начали сбрасывать за борт мешки с икрой и выломанные из сетей туши огромных белуг. Погоня длилась больше двух часов. Когда пограничники попытались зайти на таран, с браконьерской лодки по ним открыли огонь из автоматов. Пули пробили рубку и повредили один из двигателей патрульного катера. Браконьеры сумели уйти в камышовые заросли дельты Урала, бросили там лодку и растворились в степи. В брошенном катере силовики нашли полтонны свежей черной икры, аккуратно упакованной в пластиковые ведра, и несколько тысяч метров запрещенных сетей. Этот случай наглядно показал, что икорные дельцы вели с государством самую настоящую войну.
Пацаны на районе
— А как обстояли дела с так называемой обычной преступностью?
— Если на нефти и икре наживались серьезные дяди и верхушки ОПГ, то на улицах городов Западного Казахстана кипела совсем другая жизнь. Актау, Атырау, Уральск и Актобе в 2000-2010-х годах захлестнула волна жесткой молодежной агрессии. Города делились на строгие зоны влияния. В каждом микрорайоне или поселке существовала своя пацанская иерархия. Подростки старших классов и студенты колледжей сбивались в стаи и устраивали кровавые битвы за территорию.
Специфика уличного криминала тех лет строилась на следующих понятных моментах. Во-первых, это сбор в так называемую «гревскую» кассу. Старшие облагали данью школьников и младшекурсников. Каждый пацан в районе должен был ежедневно сдавать фиксированную сумму денег на «общак». Тех, кто не хотел или не мог платить, жестоко избивали толпой или ставили на так называемый счетчик.
Кроме того, представители «уличной преступности» постоянно делили территорию. Разборки между районами проходили не на кулаках, а с использованием холодного и огнестрельного оружия. Такие побоища нередко заканчивались тяжелыми увечьями и даже смертью кого-то из участников.
Лидеры районных группировок искали выходы на криминальных авторитетов. В итоге дерзкие малолетки привлекались к совершению квартирных краж, разбоев и вымогательств. Так из простых уличных хулиганов формировались боевые бригады рэкеритов для силового отжима мелкого бизнеса и выбивания долгов.
И вишенка на торт – радикализм
— Какой вид преступности, на ваш взгляд, являлся самым опасным?
— Религиозный экстремизм, терроризм и радикализм. Ближе к концу двухтысячных годов на западе Казахстана начал проявляться еще один опасный тренд, который смешал привычные криминальные понятия с радикальными идеями. Именно в Актюбинской и Атырауской областях традиционный криминальный мир стал активно пересекаться с подпольными религиозными ячейками. Вчерашние гопники и рэкетиры, отбыв наказание в исправительных колониях, выходили на свободу и подпадали под влияние радикальных проповедников. И старые воровские понятия постепенно трансформировались в специфическую идеологию. Получилось слияние бандитизма и радикальных идей. Под обычный грабеж и разбойные нападения проповедники деструктивных течений начали подводить идеологическую базу. Доходы же от криминальной деятельности частично шли на финансирование нелегальных групп и приобретение оружия.
Новое поколение криминала больше не уважало старых воров в законе и смотрящих. Вместо воровского общака появились кассы взаимопомощи внутри закрытых радикальных ячеек.
Ко всему, если раньше представители криминального мира старались избегать силовой конфронтации с сотрудниками полиции и спецслужб, то к 2008 году на западе Казахстана стали регистрироваться даже убийства полицейских. Чтобы не допустить дальнейшего преобразования обычных гопников в идейных террористов, государство вынуждено было вмешаться и провести ряд жестких силовых спецопераций.
Но вот что любопытно: организованная преступность в Западном Казахстане периода 2000-2010-х годов не имела бы возможности для своего развития без тесного сращивания бандитов с отдельными коррумпированными чиновниками, некоторыми сотрудниками силовых структур. Ряд громких задержаний высокопоставленных должностных лиц, проведенных сотрудниками КНБ и МВД в тот период, является тому подтверждением. В процессе расследования выяснилось, что незаконный оборот нефти и черной икры приносил такие гигантские прибыли, что на эти деньги преступники рассчитывали купить себе абсолютную безнаказанность.
В частности, атырауские и мангистауские группировки специализировались на врезках в нефтепроводы, контроле за морским браконьерством и вымогательстве у подрядных компаний нефтяного сектора. Они имели прямые выходы на чиновников областного уровня и руководство местных правоохранительных органов.
Актюбинские же группировки контролировали нелегальный транзит товаров и спирта через государственную границу с Российской Федерацией. Они держали под контролем авторынки, сферы пассажирских перевозок и мелкие торговые точки.
Некоторые ОПГ из ЗКО занимались контрабандой топлива, леса, строительных материалов и металлопроката. Активно участвовали в рейдерских захватах сельхозпредприятий и пригородных земельных участков.
Ситуация начала кардинально меняться только к концу десятилетия, когда центральная власть осознала, что криминал на западе страны начинает напрямую угрожать национальной безопасности. С 2008 по 2010 год в регион были направлены специальные бригады КНБ и МВД. Началась масштабная зачистка, в ходе которой были арестованы десятки лидеров ОПГ, а также высокопоставленные силовики и чиновники, прикрывавшие нефтяные и икорные схемы.
Период с 2000 по 2010 год стал для Западного Казахстана временем суровых и серьезных испытаний. Невероятный сырьевой подъем и хлынувшие в регион легкие деньги обнажили слабые места правоохранительной системы и социальной сферы.
2010 году государству удалось взять ситуацию под жесткий контроль, ликвидировать самые дерзкие ОПГ и перекрыть основные каналы нелегального оборота нефти.
В настоящее время криминогенная ситуация в западных регионах Казахстана находится под бдительным контролем сотрудников КНБ и МВД.
