Накануне «Женитьбы»
Встреча состоялась накануне премьеры спектакля «Женитьба» по одноименной комедии Николая Гоголя.
В качестве гостей за столом пили чай и беседовали со зрителями Евгений Зимин — актер, театральный режиссер, Евгений Лемешонок — художник-постановщик, Ирина Кельблери, Ольга Ландина — актрисы театра Лермонтова.
Встречу вела Анна Логвиненко — актриса театра Лермонтова, кино и дубляжа.
Сразу отметим, что вновь приглашенный в Алматы из Санкт-Петербурга режиссер Евгений Зимин является постановщиком нашумевших на сцене театра Лермонтова спектаклей «Онегин», «Пестрые рассказы» по пьесам Антона Чехова и «Господа Головлевы» по одноименному роману Салтыкова-Щедрина.
Сегодня он ставит комедию «Женитьба (совершенно невероятное сновидение)». Зрители смогут увидеть ее премьерный показ 27 марта 2026 года. Художником-постановщиком во всех этих драматургических шедеврах выступает Евгений Лемешонок, создавая впечатляющее художественное решение спектаклей. Алматинский зритель не мог не отметить, как изменилась подача спектаклей с появлением в городе этого мастера визуальных проектов.
«Камзол адъютанта был куцым»
На встрече говорилось о том, как донести до современного зрителя, особенно молодого, классические произведения литературы, об актуальности языка Пушкина и Гоголя и возможностях новых средств для их прочтения на сцене. Интересный момент отметил Евгений Зимин. Он вспомнил выступление одного современного стендапера. Дословно: «Камзол адъютанта был куцый... Хм... Был... Ну был знаю — это когда в прошлом что-то произошло. Буду иметь в виду, что что-то было у вас там…».
— При постановке спектаклей по классике важно найти этот самый язык, который будет понятен зрителю сегодня, — отметил Евгений Зимин. — Важный момент в реализации классики состоит в том, что классическое произведение было написано в определенную эпоху, и, к примеру, читателям «Евгения Онегина» во время выхода в свет романа не надо было объяснять массу всевозможных понятий и терминов — они среди них жили. Это как нам сейчас не надо пояснять, что такое искусственный интеллект, интернет, новая модель айфона. А поди Пушкину объясни, что это все такое! И когда зритель приходит в театр, он не должен слышать: «Камзол адъютанта был куцый». Эта фраза на любом языке может быть непонятной. Что делать? Значит, надо находить такой ход и такой ключ, которые по смыслу заинтересовали бы всех. А по поводу чтения классических произведений молодыми людьми — это же прекрасно, что часто они приходят в театр как белый лист бумаги: неподготовленными, не знающими произведения, а значит, сюжет и его финал для них — большая тайна и интрига. К примеру, в постановке «Пестрых рассказов» они не знают, кто убийца в «Шведской спичке», значит, реально смотрят детектив!
Театр как провокатор
— Другой разговор, что у театра, по моему мнению, есть самое главное в силу того, что это живое искусство — это его провокативная функция. Театр должен быть провокатором. Но лично я исповедую только гуманистические ценности, — отвечает на вопрос о влиянии театра на человека Евгений Зимин. — Как говорил Александр Блок, задача поэта сделать из хаоса гармонию. Только во имя гармонии все и создается.
Участники встречи обратили внимание на то, что произведения, поставленные на сцене, часто инициируют у молодых людей желание прочитать книгу.
— Такое случается, когда молодой человек посмотрел спектакль и вдруг понял, что Салтыков-Щедрин, оказывается, крутой. Или Толстой. Я тот самый человек, который пять раз начинал читать «Войну и мир», и мой интерес заканчивался на салоне мадам Шерер, потому что я уставал от перевода диалогов на французский язык, — поделился режиссер. — Но я поставил спектакль по этому роману в России — уже в зрелом возрасте, когда прочел его, когда сумел увидеть, до какой степени Толстой, когда еще о кино никто не знал и не думал, все кинематографично описал. Причем только при помощи слов!
Под теплым светом люстры шел разговор о том, как осилить школьную программу по литературе и как в этом помогает театр и кино. Как выяснилось, тот же роман Толстого «Война и мир» практически дословно экранизирован в сериале британского производства, но российская версия Бондарчука — это во многом художественная интерпретация, и по нему экзамен в вуз не сдашь.
— А Пушкин со своим «Борисом Годуновым»! У этого замечательного произведения сложная театральная судьба, но для кино оно написано как сценарий с короткими, емкими, быстро меняющимися эпизодами. Как это реализовать в театре? Никак! Пушкин написал произведение, перепрыгнув век, и должно было пройти время, чтобы снимать Годунова на кинопленку.
Все те же мы — и те же чувства
Говоря о классике, актрисы театра Лермонтова Ирина Кельблер и Ольга Ландина отметили, что потому она и классика, что всегда актуальна и проверена временем. И сюжеты тоже всегда вечны. И Шекспир на них опирался. Но театр — дело живое, и основной секрет заключается в том, что время меняется, а люди остаются такими же — с теми же переживаниями, болью и радостью, надеждой и любовью, разочарованиями и страданиями.
— Классическая литература подкупает и тем, что она более искренняя, — говорит Ирина Кельблер. — Авторы в прошлые времена были не только писателями и поэтами. Чехов был врачом, открывал больницы, постоянно видел разных людей, лечил их. Он изучал психологию человека. А сегодня, как мне кажется, авторы живут изолированно от людей, они закрыты.
Также она рассказала о том, что, готовясь к своей роли в «Пестрых рассказах», многое изучала из биографии Чехова и его персонажей, чтобы ближе понять и почувствовать свою героиню.
— Нам не приходится особо присваивать себе что-то от героинь классических или современных, — отметила Ольга Ландина. — Женщины во все времена не меняются. Другой вопрос, что надо изучать героев, ставить себя на их место, стараться понять, почему они так или иначе поступили.
Актриса поделилась своим удовольствием от работы с таким режиссером, как Зимин, рассказала о том, что даже молилась о его возвращении в Алматы. И это не только ее желание и молитва, потому что новые спектакли, действительно, стали не только одними из любимых в репертуаре театра Лермонтова, но и рейтинговыми — увеличившими продажи билетов, создавшие, как «Онегин», большой зрительский ажиотаж. К слову, и сегодня надо заранее отслеживать билеты на этот спектакль — и не факт, что повезет. Секрет этой постановки во многом спрятан в его визуальной составляющей. А здесь виртуозно поработал Евгений Лемешонок — скромный по характеру человек и гигант в своем видении художественных постановок. Его перу принадлежит визуально-пластическая концепция спектаклей «Онегин», «Пестрые рассказы», «Господа Головлевы» и скорой премьеры «Женитьбы».
Какой секрет у Лемешонка?
— Мне надо просто зацепиться за что-то конкретное в произведении, найти в нем связь с нашим временем. Потому что, если искать исторические соответствия, это можно сделать в музеях и архивах, а в театре мне нравится создавать связующие нити между эпохами, — признается художник-постановщик. — К примеру, я не понимал, что же строят Головлевы, на что копят деньги, и вдруг зацепился за мысль, что они создают Вавилонскую башню, и этот процесс никогда не завершится. Я зацепился за этот образ, он показался мне актуальным. Так на сцене появилась башня. В «Онегине» я вдохновлялся всевозможными отражениями, в том числе тем, как сам отражаюсь в произведении, в самом Пушкине…
Это лишь отрывки встречи под «Люстрой» театра, и вы можете сами задать вопросы любимым актерам и режиссерам. Следите за событиями театра, и они вас всегда порадуют.
