Ситуативный казахский. Моя религия — мой язык

Все чаще многие из нас задаются вопросом — почему мы, проживая в Казахстане, не знаем или не можем освоить казахский язык? Раньше других это сделал казахстанский писатель и публицист Канат Галимович Тасибеков, сначала изучив родной язык, а затем написав серию книг «Ситуативный казахский». С момента выхода в свет, а это с 2013 года, книга разлетелась по стране 36-тысячным тиражом и продолжает набирать популярность.

Ситуативный казахский. Моя религия — мой язык

Попробуем разобраться в особенностях методики автора по изучению языка, психологических страхах и блоках, ассоциациях и других важных моментах.

«Моя книга предназначена для русскоязычного населения, которое по разным причинам не знает казахского языка. Озвучить определенный срок и сказать, что, прочитав мою книгу, каждый заговорит на государственном языке, я не могу. Все зависит от желания и целеустремленности человека, который пытается выучить тот или иной язык. Главной задачей было написать так, чтобы было предельно понятно читателю. В книге много русских разговорных фраз, что поможет думающему на русском языке человеку говорить по-казахски, избегая трудоемкого подбора эквивалентов в имеющихся русско-казахских академических словарях», — пишет автор.

— Канат Галимович, как пришел казахский язык в вашу жизнь? Вы всегда им владели?

— Я родился в Целиноградской области в 1959 году, как раз, когда проводилась всесоюзная перепись населения. И, согласно переписи, казахов тогда в Казахстане было 29 процентов, еще меньше — на севере страны. Один я был казах в начальной школе. Учился в русской школе и рос в русском окружении. Уровень знания казахского языка у меня был такой, что я даже задумывался, почему меня зовут Канат. В переводе на русский это «крылья», но тогда я не знал этого слова, знал другие: кан — кровь и ат — лошадь. Почему меня назвали кровью лошади — совсем не понимал.

Рос в семье, в которой родители, как и все люди этого поколения, свято верили в красивую мечту о коммунизме, однако весь Советский Союз представлял собой единую экономику, а единая экономика требует одного языка. Но в советское время давали импульсы и для развития национальных культур — создавали национальные театры, переводили и выпускали книги огромными тиражами, но для понимания друг друга в большой многонациональной стране был необходим один язык. Иначе мы бы вместе ни в войне не победили, не развили бы мирный атом, ни в космос первыми бы не полетели. Никаких угнетений языков не было. Но, повторюсь, что единая экономика требовала одного языка, который понимают все. И так до 50 лет я жил, занимался наукой, бизнесом, и все шло прекрасно, но вдруг наступило психологическое осознание, стыд — что я казах и не говорю на казахском. Решил выучить. На основе собственных логических рассуждений понял, что у нас нет эффективной методики изучения казахского языка. Ведь из школы выходят, из вузов и не знают его, некоторые наши министры испытывают большие затруднения со знанием казахского языка, хотя прекрасно владеют и английским, и китайским, и другими языками. Раз нет хорошей методики, значит, надо было ее создать, потому я сам для себя выдумал свою методику изучения языка.

— В чем же заключается методика?

— Я понял, что наиболее эффективно обучение происходит исходя из личных потребностей человека, из того, что ему нужно, когда он учит. Мне нужен был язык не для того, чтобы документооборотом заниматься или тесты сдавать, а для того, чтобы быть полноценным гражданином нашего общества, равным среди равных, чтобы я мог свою мысль донести, на любом уровне выступить и в семье, детям, на родственных мероприятиях сказать свои слова. На праздниках, тоях, на похоронах опять же. И мы живем в такое интересное время становления страны, и вопросы по языку, переходу на латиницу возникают. Их, я считаю, надо высказывать на языке, которого они касаются. Конечно, не каждый, кто задумывается понять и изучить казахский язык, имеет для этого время и возможности, но я их для себя нашел.

Я занимался бизнесом, и у меня была амортизационная подушка финансовой безопасности, чтобы отойти от дел и заняться только изучением языка. И семья пошла мне навстречу.

У казахов есть поговорка «Орыс ойына келегенін айтады» («Русский говорит то, что взбредет ему в голову»), звучит грубовато, но ничего уничижительного в ней нет, потому что казахи — традиционалисты и в каждой определенной ситуации говорят конкретными речевыми штампами. И я взял себе на вооружение, что буду для каждой ситуации готовиться, и модели речевого поведения искал, выписывал. Таким образом занимался в течение полутора-двух лет и в какой-то момент почувствовал, что уже прилично выступаю на всех уровнях. А позднее пришла мысль поделиться своими знаниями, написать книгу для таких же, как я, русскоязычных людей. Есть казахская пословица «Білгенінді білдірмесен, білгенін бар болсын» («Грош цена твоему знанию, если ты им не делишься»).

А писать я умею, писал в свое время кандидатскую и докторскую диссертации. Книга написана на русском языке, но первый том «Ситуативного казахского» содержит тысячу казахских выражений. Это приблизительно 5-6 тысяч слов — нормальный словарный багаж для того, чтобы говорить на казахском языке.

Методика основана на запоминании и применении этих фраз в соответствующих ситуациях. Ее плюсом является то, что человек говорит правильно и красиво с самого начала. В казахском языке это очень важно.

— У вас появились ученики, в том числе любимые?

— Методика — это самоучитель, и у меня до сих пор нет учебных курсов, которые веду. «Ситуативный казахский» — это три книгисамоучителя. Первый том — «Мир казахов», второй — «Диалоги», а третий — «Словарь».

На сегодня уже 36 тысяч экземпляров реализованы, из них 8 тысяч бесплатно распределены по библиотекам, ведомствам, министерствам.

В 2016 году я организовал в нашей Национальной библиотеке разговорный клуб казахского языка «Маміле», куда могут приходить люди, изучающие язык, чтобы переводить полученные знания в активную форму и снимать языковой барьер.

А если говорить о любимых учениках, то это все те же 36 тысяч человек, что купили мои книги. К ним прибавились сейчас сотни и тысячи людей, посещающих мои клубы разговорного казахского языка «Маміле», открытые во всех областных центрах Казахстана и городах республиканского значения. Всего открыты 22 клуба. С переводом работы клубов на онлайн-формат к заседаниям присоединяются люди из США, Италии, Эстонии, России. Кстати, в Российской Федерации общественное объединение «Казахи Омска» открыло первый зарубежный клуб «Маміле».

— Как убрать страхи, блоки, препятствующие изучению языка?

— Надо прежде всего полюбить казахов как народ, культуру, иметь к ней уважение. А если вам язык нужен только для карьеры, а к казахам и казахской культуре вы испытываете неприятие, тогда хоть кол теши на голове, знания «не зайдут».

Я жалею тех, кто, живя здесь, мыслями находится к какой-то другой стране. И я не совсем их понимаю, ведь мне нравятся моя страна, мой город. За границу только в гости хорошо ездить, жить надо дома.

— Расскажите о своем разговорном клубе.

— Маміле — синоним слова «дипломат». Это человек, умеющий вести диалоги, приходить к общим решением, компромиссам, взаимопониманию. Какое же я решение ищу между русскоязычными и казахоязычными? По моей задумке, и она осуществляется, работает в разговорном клубе, в «Маміле» приходят русскоговорящие люди для того, чтобы научиться разговорному казахскому языку, чтобы общаться, говорить, выражать свои мысли. Стоя на берегу реки, не научишься плавать. Чтобы научиться говорить, нужно говорить. А казахоязычные приходят, чтобы помочь, научить, внести свой реальный вклад, а не просто бурчать и ругаться на русскоязычных. В процессе совместной работы люди ближе узнают друг друга и начинают общаться на казахском, между ними возникает взаимопонимание.

— Какие бы вы еще дали рекомендации тем, кто хочет изучить казахский язык?

— Я бы сказал: «Покупайте мои книги, читайте их, занимайтесь по ним». Это шутка, в которой есть доля правды. Моя методика — для взрослых людей, и она им подходит. Рекомендовал бы еще позитивно на мир смотреть и не искать отговорки, причины. Искать надо пути — захотели выучить язык, делайте. Говорят же, если больной захотел выздороветь, никакой врач не сможет ему помешать! Искать свои пути, кому что ближе, может быть, через песни, просмотр фильмов, изучать язык как самостоятельно, так и с репетитором, и находясь в казахской среде. Надо понимать, что язык — это нация и государство: теряя язык, мы теряем государство.

— Вы продолжаете заниматься развитием казахского языка?

— Я кайфую от того, что сначала у меня были одни цели — не быть ущемленным, быть равным среди равных, уметь доносить свои мысли на казахском языке, а потом написал книгу, которую тепло восприняли, и меня это так сильно воодушевило, что я стал развивать методику дальше, и сейчас действительно ко мне приходят люди с благодарностью. Как-то ко мне пришли ребята и стали меня склонять к пятикратному намазу, чтобы встать на религиозный путь. Я им ответил: «Менін дінім — менін тілім». («Моя религия — мой язык»). Ребята подняли руки в знак согласия. Нет, говорят, вопросов к вам, Канат-ага, продолжайте делать свое дело. Воспринимаю свой труд по изучению и популяризации казахского языка как свою миссию, как просветительскую работу. Рад, что нашел свое дело в жизни!