Баха может исполнить любой, играть для уличного зрителя – не каждый

«Найди себе дело по душе, и тебе больше никогда не придется работать», — сказал Конфуций. Уличный музыкант Сергей Кулипанов придерживается именно такого правила, потому и считает себя бесконечно счастливым и успешным человеком. А любой, кто хотя бы раз прогуливался по вечерней улице Панфилова в Алматы, наверняка, заметил его, отметив для себя и его оригинальную внешность, и, конечно, живое виртуозное исполнение музыки на клавишном аккордеоне.

Баха может исполнить любой, играть для уличного зрителя – не каждый

Улица Панфилова как кафе-шантан

Среда любого цивилизованного города предполагает существование в нем не только таких объектов урбанистики, как театры, музеи, галереи, скверы, парки, но и уличной культуры с ее кафе-шантанами, пешеходными дорожками, местными арбатами и бродвеями, художниками, музыкантами, мимами и другими артистами. Для городов Европы или Америки, к примеру, не станет удивительным появление на улице с концертной программой таких звезд как Стинг, а в Санкт-Петербурге нередко к прохожим выходит со своими выступлениями Борис Гребенщиков.

Как ни странно, но Алматы — такой европеизированный и туристический мегаполис в Казахстане, имеющий крепкие культурные гены, в своей городской уличной среде многими известными профессиональными артистами как способ взаимодействия со своей публикой не рассматривается. Даже в период карантина, когда большинство из них выражают тоску и печаль по поводу отсутствия живого контакта со зрителем.

Зато такие взаимодействия всегда есть у Сергея Григорьевича Кулипанова, уличного музыканта с улицы Панфилова. Многие алматинцы и гости города помнят его еще по Парку 28 героев-панфиловцев, где он «работал» со своим инструментом. А с 2017 года музыканта практически каждый вечер можно встретить недалеко от станции метро «Алмалы». Яркая внешность, игриво закрученные вверх усы, элегантная шляпа, стильная серьга в ухе, начищенные до блеска ботинки, улыбающиеся глаза и звучание его аккордеона привлекут внимание каждого прохожего. С музыкантом здороваются, общаются, многие знают его и приходят к нему постоянно, на протяжении многих лет, чтобы получить для себя теплую эмоцию, упакованную в звук живого исполнения любимого произведения. А у Сергея Григорьевича репертуар богатейший — более трех тысяч классических мелодий, сотни хитов и произведений разных народов, и каждый день к ним прибавляются новые.

Наслаждение моментом

— Сергей Григорьевич, а вы помните день, когда решили выйти с аккордеоном на улицу, и почему?

— К сожалению, я не запомнил тот день, но год это был 2011-й, и меня охватил какой-то внезапный порыв, настроение найти свою публику среди народа, на улице. И я вовсе не бедствовал, но когда моя теща узнала, что я играю на улице, она позвонила мне и стала плакать, решив, что все совсем плохо. Есть у наших людей такие стереотипы или ассоциации — если играешь на улице, то ты нищий или глубоко нуждающийся. Бывало, мне задавали вопрос прохожие «Что, мужик, жизнь совсем допекла?».

— Замечали, изменились как-то публика с 2011 года, ее отношение к уличным артистам?

— Буквально на днях пересмотрел фильм «Вокзал для двоих», в котором герой Басилашвили садится за рояль в ресторане и начинает играть, а героиня Гурченко произносит фразу, на которую раньше я почему-то не обращал внимания: «Вы знаете, никто в нашем ресторане так не играл». Он ей ответил: «Это для ресторана я выдающийся музыкант, а для искусства я особенный». И я задумался, почему у нас классическое и современное искусство — это одно, а уличное искусство — совсем иное. Я чувствую, как мимо меня проходят музыканты из консерватории, которым почему-то неудобно даже взглянуть в мою сторону.

Недавно услышал новый анекдот про коронавирус:

— Что мешает нашим поп-звездам выйти на улицу или в подземный переход в карантине, если им не хватает живой энергии публики?

— Да просто, если они запоют своими натуральными голосами, это может оказаться хуже художественной самодеятельности!

Я же наслаждаюсь каждым моментом... Баха, Гайдна может исполнить любой профессиональный музыкант, а попробуй сыграй на улице так, чтобы человек остановился и заслушался. На улице искусство все-таки иного плана. Это целый театр, который сам приходит к тебе в гости, и всякий раз ты не знаешь, что будет через пять минут, и происходит невероятное количество приятных встреч. А отношение людей к уличным артистам в последние годы меняется в добрую сторону, а может, ко мне самому, потому что узнают, и я играю на замечательном инструменте качественно и профессионально. А за все, чем я владею в музыке, всегда буду бесконечно благодарен моему учителю Владимиру Ивановичу Верещагину, который буквально на днях отметил свое 72-летие, и мне бы даже хотелось вскоре устроить для него какой-нибудь флешмоб.

«Под небом Парижа» для Алибека Днишева

— О каких-то особенных встречах, оставшихся в памяти, можете рассказать? — Конечно! Истории всегда происходят впечатляющие. Проходил, к примеру, недавно мимо меня парень, а я исполнял мелодию из фильма «Звездные войны», и он остановился напротив с удивленным взглядом и произнес такую фразу: «Вот это эффект неожиданности!». Это потому, что в большинстве люди просто идут по делам или гуляют, не ожидая услышать живую качественную музыку просто так на улице. Хотя в европейских городах на улицах играют очень крутые музыканты, и это норма. Все-таки замечательно, что у нас появилась эта пешеходная улица в Алматы и акимат организовал на ней такую артистическую атмосферу. Меня, к слову, лично пригласил работать здесь уличным музыкантом советник Байбека. А люди приходят разные, и медийные — тоже. Бибигуль Тулегенова два раза подходила, Алибек Днишев со мной поговорил, попросив сыграть для него «Под небом Парижа». Благодаря улице у меня появляются интересные связи. Буквально отсюда меня пригласили на открытие гостиницы Novotel, я — частый гость на праздниках литовского и польского консульств, в церемонии открытия гостиницы RIXOS принимал участие на одной площадке с известной группой из Швеции Secret Service.

Усы — визитная карточка

— Как появился такой образ с закрученными вверх усами?

— Меня как-то пригласил играть к себе немецкий ресторан, и мне захотелось соответствовать его тематике. А поскольку одна из моих дочерей живет в Германии, то была возможность приобрести там немецкую брендовую одежду, шляпу, штаны на лямках. И я продумывал свой образ для работы в этом немецком ресторане детально, и в нем же на одной из старых фотографий обнаружил некого старичка с подобными усами. Решил воспроизвести этот стиль — отпустил усы, и они с тех пор пользуются таким спросом, что, если бы я знал раньше, еще бы лет 20 назад ходил бы с таким имиджем. Мороки, правда, с ними, но теперь это моя визитная карточка. Однако я никогда не выходил на улицу в трико, в грязной старой одежде и с немытыми волосами.

Эмоции мгновения и памяти

— Чувствуете, ловите настроения людей? Помню, как вы однажды, увидев меня, заиграли очень знакомую французскую мелодию, а настрой мой в тот день был пойти на праздник взятия Бастилии.

— Как-то ко мне несколько раз подходила одна и та же пара молодых ребят, и мне хотелось играть для них французские мелодии. Они спросили: “Почему именно французские?”, а я ответил: «Да потому, что, когда вижу приятных молодых влюбленных, они у меня сразу ассоциируются с романтикой и Парижем». Конечно, я смотрю по сторонам и стараюсь понять, что сейчас было бы кому-то близко, приятно, и я не назвал бы это желанием угодить или только заработать — скорее, получить обратную реакцию, эмоцию, энергию. В последнее время часто вспоминаю фразу из фильма «Мимино»: «Если ты мне сделаешь приятно, я тебе сделаю приятно, и тогда ты мне сделаешь еще приятнее, а я тебе так приятно сделаю, что тебе будет очень-очень приятно!». Мне она близка, потому что я очень люблю, когда люди улыбаются, и значит, все хорошо.

Вчера парень попросил сыграть ему песню «Журавли», а после первого куплета сделал жест остановиться, потому что не мог сдержать слез. Это эмоции, а люди прежде всего эмоциональны по своей сути. В другой раз женщина, приехавшая из Канады, высказала желание услышать «На сопках Маньчжурии». Заиграл, а она разрыдалась. Оказалось, что она родом с Дальнего Востока, отец ее играл на баяне. На нее нахлынули воспоминания из детства. А любые эмоции сильнее передаются через музыку и через какие-то песни, мелодии, связанные с нашими воспоминания. Думаю, когда-то и я уйду в мир иной, и три мои дочки и пятеро внуков увидят старика, играющего на аккордеоне, или это местечко на Панфилова, вспомнят обо мне и также всплакнут. И мне так жалко их представить в этом состоянии заранее, но это жизнь, а в ней слезы, радость, эмоции. Я, наверное, стал какой-то маленькой частью улицы Панфилова, играю для людей, прогуливающихся по ней, и, если даже на краешке губ у кого-то замечаю улыбку от мелодии, значит, день прожит не зря, значит, у кого-то настроение изменилось в лучшую сторону.