Рубен Казарян: «У каждого есть право на свое место под солнцем»

Никто полностью не застрахован от бед в этой жизни...

27.11.2019 в 04:26, просмотров: 547

А вы замечаете бродячих собак, бомжей, инвалидов, беженцев, людей, лишенных последней надежды на право жить? Если замечаете, то какие чувства, эмоции они у вас вызывают? Хочется бросить камень? Пройти поскорее мимо? Задуматься или помочь? Последнее большинству из нас не приходит в голову. А казахстанский режиссер Рубен Казарян не только размышляет об этом, но и снимает фильмы о различных проблемах нашего общества, считая, что они касаются каждого из нас.

Рубен Казарян: «У каждого есть право на свое место под солнцем»

Рубен Казарян более 25 лет работает над созданием авторских, социальных, обучающих фильмов, телепрограмм, роликов. Участник и лауреат международных и республиканских фестивалей. Он создал более 50 социальных видео-работ. В 2018 году на YouTube-пространстве зарегистрировал «Культурный интернет-канал», где размещают актуальные социальные видеоматериалы в свободном доступе. Кроме того, Рубен Казарян снял более 30 фильмов о творчестве художников Казахстана и множество музыкальных клипов. Он же инициировал и реализует социальный долгосрочный телепроект «Право на место под солнцем». Его фильмы и ролики отмечены более чем на 30 кинофестивалях, их используют государственные и международные организации, НПО на тренингах, конференциях. Но в то же время складывается впечатление, что в обществе нет острого интереса ни к социальным фильмам, ни к вопросам, поднимаемым в них.

— Рубен, что самое важное вы бы рассказали о себе?

— Я снимаю фильмы, которые, возможно, нужны человечеству. Потому что, если глобально смотреть, то все темы, которые поднимаю, напрямую касаются любого человека.

— Почему фильмов социального характера у вас больше всего?

— Наверное, потому что многие серьезные вопросы в нашей стране мало затрагивают, разве что проскочит короткая информация в новостях. А рассматривать или снимать, к примеру, людей без определенного места жительства многим не интересно — пахнет нехорошо, можно испачкаться.

— Ваш фильм «Сердце на бетоне» был представлен на многих международных фестивалях и занял призовые места. Расскажите, пожалуйста, об этом.

— Телепроект состоит из цикла картин о жизни людей, выброшенных из общества. Он предполагает изменить в лучшую сторону отношение к ним и между людьми вообще. В Алматы мы показали его в этом году в Kazarian Art Center. Были разные мнения, но многие прониклись темой и готовы помогать бездомным. Работа над этим фильмом не окончена, и он еще будет пополняться новыми сюжетами и лицами. Что касается призов, то эта лента, к примеру, получила «Серебряный приз жюри» на Международном фестивале православного кино «ПОКРОВ» в Киеве. Ее выбрали и включили в конкурсную программу Международного фестиваля христианского кино «Невский Благовест» в Санкт-Петербурге.

— В этом фильме есть просто потрясающие персонажи. Как люди без определенного места жительства реагировали на ваше предложение сняться в кино?

— Началось с того, что удалось убедить одного человека. Снял его, но затем и другие, которые находились с ним рядом и просившие сначала не вводить их в кадры, внезапно высказались о желании рассказать свою историю. Потому свои работы считаю важными и для них, и для нас. Даже на самом дне можно найти луч света. В том, другом, мире они так живут, и кто-то даже не хочет или боится возвращаться в этот мир, потому что там проще общаться даже с собаками, которые живут рядом, едят и спят. Для нас, сытых и здоровых, это видеть очень важно, чтобы все в себе «переварить», изменить отношение к тем, другим, друг к другу, к себе самому.

— Рубен, а если человек на грани, совершенно все потерял, что может спасти, поднять его на ноги? Что важно сохранить внутри себя, чтобы выкарабкаться?

— У меня самого не было такого вопроса никогда, но в моих фильмах есть те, у кого все закончилось — и терпение, и друзья, и возможность зарабатывать деньги, и семья. Но все равно они хватаются за какие-то шансы выжить. Один мой герой рассказал, что заражение инфекцией ВИЧ спасло его от дальнейшего саморазрушения. С ним произошла трансформация. Сегодня с таким диагнозом люди живут долго, бодро и весело, адаптировавшись после прошлой жизни в обществе. Но для моего героя в то время это был настоящий смертельный приговор. В работе «Сердце на бетоне» люди, для которых жизненная тема закрылась после потери дома и семьи, находят в себе надежду сделать последний рывок и найти, к примеру, работу. Однако большинство из них гниют и умирают в своих катакомбах или в теплотрассах, на которых пытаются согреться. Но кто-то же сгнивает также в домашних условиях, имея все.

— Есть еще режиссеры в Казахстане, снимающие социальные фильмы?

— Азиз Заиров, который недавно презентовал фильм «Девушка и море», и еще знаю очень хорошего режиссера Владимира Тюлькина. Он работает на «Хабаре», но делает и авторские работы, которые тоже периодически отправляют на кинофестивали.

— У вас есть фильмы и о людях с ВИЧ?

— Это страшная проблема нашего общества — отношение к людям с ВИЧ. В своей ленте «Мечта, мечта...» я говорю как раз об этом. Точнее, он о подростке, которому из-за диагноза пришлось вынести оскорбления и побои сверстников, исключение из школы и столкнуться с множеством других проблем. Но, несмотря ни на что, мальчик не озлобился на весь белый свет и смог доказать всем и прежде всего самому себе, что он имеет право на жизнь, дружбу и любовь и ничем не отличается от окружающих. А есть ситуации, о которых никто не знает, кроме родителей. Они в одиночку вытаскивают своих детей из онкологии. Мне как-то две матери рассказали, как их сыновей терроризируют в школе из-за их болезни.

— Только у нас так жестоко относятся к людям?

— Думаю, что так везде, но разный процент. У нас народ просто неподготовленный, и дети из-за отсутствия информации, как и многие взрослые люди, по этой же причине становятся жестокими. Где-то они боятся за своих детей. К примеру, в фильме про детскую онкологию родители переживают, что их дети заразятся онкологическими заболеваниями. Они передают свой страх ребятам, а те уже начинают агрессивно реагировать на одноклассников.

— Какие темы еще вскрывают ваши работы?

— Их много. О трудовой миграции, например — все может случиться с человеком. Никто не застрахован ни от сумы, ни от тюрьмы, ни от потери имущества, ложного обвинения и последующего за ним наказания. Тема толерантного отношения к религии также меня волнует. Моя задача — поднять как можно больше таких болезненных вопросов для обсуждения, и, возможно, это позволит предпринять какие-то шаги для их решения.

— Какую реакцию зрителей на свои фильмы вы чаще наблюдаете?

— Как минимум люди задумываются.

— Как сделать, чтобы больше людей увидело такие социально направленные сюжеты?

— Для этого их стоит показывать по телевидению, но для телеканалов такой формат сложно поставить в сетку. К тому же это продукт непродаваемый. Но, по моему мнению, людей необходимо приучать смотреть социальные видеоматериалы, потому что воспитывать общество только на развлекательных программах неправильно. Надо призывать людей делать что-то хорошее как для общества, так и для отдельного человека.

— Расскажите про недавний фестиваль в Бишкеке.

— Наши соседи провели уже 13-й Международный фестиваль по правам человека «Бир Дуйно», или «Один мир». Один раз на этом фестивале я стал просто лауреатом, а в прошлом году получил номинацию за фильм «Я буду поливать тебя, мой цветочек», в котором затрагиваю вопросы отношения к детям с онкологией. А в этом году меня пригласили уже как члена жюри, и мне было сложно, но интересно поработать в таком формате. Очень много серьезного материала показали.

— В Казахстане что-то подобное проходит?

— К сожалению, у нас нет таких фестивалей. И, наверное, их надо проводить, потому что соблюдение прав человека, его безопасности, тем более прав и безопасности ребенка, касается не только государства. И права эти часто не соблюдают не потому, что мы такие плохие, а потому, что у нас такая жизнь. Мы можем где-то оскорбить друг друга, толкнуть...

— Мы даже разучились здороваться друг с другом...

— Ну это еще ни о чем серьезном не говорит. У нас культура в Казахстане достаточно высокая, и надо помнить, как в тяжелые времена людей привозили сюда, и казахи принимали всех. Для этого им не нужно было бежать и здороваться или улыбаться первому встречному. Они отдавали последнее, что у них было, человеку. Правильно?

— Как ваша семья попала в Казахстан?

— Я родился здесь, как и мой брат Эдуард, а давным-давно папа с моей мамой познакомился в Армении на Минеральных водах. Там же, в Армении, они и поженились. А сюда приехали уже позднее, на родину моей матери.

— Вы поддерживаете связи с Арменией?

— Конечно! Часто там бываю. И скоро по приглашению армянской диаспоры, в составе которой я нахожусь, приму участие в кинофоруме в Ереване. И я откликаюсь на все темы, связанные с Арменией. Однажды ко мне обратился армянский дудукист, и мы сделали с ним клип под названием «Песня о матери». Причем снимали на казахстанской земле, в горах, пригласив представителей алматинской армянской диаспоры и танцевальный ансамбль «Наири». Все участвовали в съемках безвозмездно, а потом мы ели вкуснейшее мясо, приготовленное в наших горах. И когда Мария Макарова после поездки в Армению написала песню о ней, я тоже отозвался. Но на тот момент у меня уже был видеоряд, записанный в той стране, и он лег в основу художественного сюжета музыкального фильма.

У меня две родины. Когда я приезжаю в Армению, испытываю благоговение, но, возвращаясь в Казахстан, каждый раз испытываю трепет перед нашим зеленым городом Алматы, где родился и вырос.

— Есть излюбленное место в южной столице?

— Одного нет. Но у меня есть дом, семья, друзья, и я всегда знаю, что, когда приеду домой или к друзьям, меня там будет ждать накрытый дастархан или просто кресло, в которое я сяду.