Как взрослые в Казахстане третируют детей

Малолетние жители нашей страны тоже имеют права, но об этом в обществе далеко не все знают

27.12.2017 в 10:48, просмотров: 1706

Какой будет госпрограмма по защите детей, каким образом отразится на сегодняшних реалиях, от чего или от кого будет защищать несовершеннолетних, уполномоченный по правам ребенка Загипа Балиева детально не сообщила. Однако у специалистов и экспертов только одно это заявление вызвало противоречивую реакцию.

Как взрослые в Казахстане третируют детей

Многие из них считают, что принятие программы может стать очередным шагом к внедрению так называемой ювенальной юстиции западного образца, когда ребенка могут забрать из семьи, к примеру, за шлепок по пятой точке или даже за замечание, сделанное на повышенных тонах.

А что в сухом остатке?

О необходимости создания Института уполномоченного по правам ребенка глава государства Нурсултан Назарбаев говорил еще в 2014 году.

— Необходимо планомерное развитие института материнства и детства, семьи, достойного обеспечения старости человека. В первую очередь поручаю разработать вопрос создания на общественных началах Института уполномоченного по правам ребенка. Надо сформировать единую общенациональную базу данных детей-сирот, детей, оставшихся без попечителей, — сказал он.

И такой институт появился. В феврале 2016 года президент подписал указ о его создании, а в марте назначил и уполномоченного по правам ребенка. Им стала мажилисвумен Загипа Балиева.

С того момента прошло более полутора лет, однако, по словам многих экспертов, да и по наблюдениям простых обывателей, в вопросах защиты детей особых прорывов не произошло. Об этом же говорит и статистика, которую на днях привела г-жа Балиева.

— За 10 месяцев 2017 года против 1740 детей совершены преступные действия, в том числе 248 сексуальных насилий, 31 ребенка убили. За всем этим десятки, сотни поломанных, исковерканных судеб юных граждан нашей страны, — сказала Загипа Балиева.

Она также отметила, что в уходящем году рост числа преступлений в отношении несовершеннолетних оказался значительным. Это говорит лишь о том, что, несмотря на свое существование, Институт уполномоченного по правам ребенка не имеет сколько-нибудь реальных рычагов для того, чтобы в корне изменить ситуацию.

— Что сделано за эти 20 месяцев (существования Института уполномоченного по правам ребенка. — Ред.)? Изменено ли законодательство в отношении преступлений, совершаемых против детей? Нет! Наши дети как были наравне со взрослыми, так и остались. Никакого ужесточения в отношении преступлений против детей нет! Берет ли на контроль наш омбудсмен дела по смертельным ЧП в школах? Нет. Бытовые избиения наших детей, погибшие в больницах по вине врачей, сбитые на дорогах, разыскиваемые, изнасилованные дети, знает ли о них уважаемый омбудсмен? Нет! Мы знаем, мы пишем и кричим, а она молчит, — пишет на своей странице в Facebook журналист, известный казахстанский блогер Жанна Ахметова. — Последняя новость, которую я помню, была о том, как Загипа Балиева обиделась на депутатов, что ее не пригласили на какое-то там заседание. Сколько можно заседать уже? Со дня назначения я слежу за нашим омбудсменом и ни разу не видела ее заинтересованности или комментариев по тому или иному резонансному делу. Хватит уже заседать, пора выходить «в поле». Дети нуждаются в защите каждый день, каждую минуту.

Угрозы мнимые и реальные

Говоря о несостоятельности сегодняшней системы по защите детей, Жанна Ахметова приводит лишь несколько нашумевших в последние годы случаев, где интересы ребенка не только не пытались отстоять, но и отмахнулись от них, как он назойливых мух.

К примеру, 16 августа этого года в Астане 14-летний подросток на велосипеде столкнулся с дорогой иномаркой. Вместо того, чтобы вызвать на место полицию, владелица внедорожника обвинила в происшествии ребенка, усадила в автомобиль, фактически совершила похищение, отвезла в сервис-центр и стала требовать от подростка деньги на восстановление автомашины.

— Даже не поинтересовавшись, нуждается ли Искандер в медицинской помощи, она со своими родственниками увезла его в автосалон для того, чтобы оценить причиненный ей моим сыном ущерб. Мой сын все полтора часа, проведенные с этими людьми, подвергался психологическому давлению, — написала тогда в соцсетях мать мальчика Айгуль Жараспаева.

Женщина также сообщила, что судебномедицинская экспертиза доказала факт причинения подростку легкого вреда здоровью. При этом юноша долго посещал психотерапевта, потому как из-за пережитого шока его мучают кошмары.

Тогда же в столичной полиции сообщили, что по заявлению Айгуль Жараспаевой ведется расследование по статье «Самоуправство». Также в отношении водителя внедорожника составлены два административных протокола по факту совершения ДТП.

Расследование этого резонансного дела длилось несколько месяцев, и его результат буквально шокировал общественность.

— Дело закрыли за отсутствием состава преступления, — говорит Жанна Ахметова, показывая постановление о прекращении досудебного расследования. — Похищение несовершеннолетнего, вымогательство, унижение и давление (все записано на видео), и дознаватели закрывают дело! Мы не сдаемся, сейчас написали в прокуратуру, встретились с начальником следствия Есильского РОВД, к нему дело даже не попадало. Обещал помочь, но это пока вилами по воде. Я никто, но пытаюсь защитить мальчишку от произвола, а Загипа Балиева молчит. Как, впрочем, и всегда.

По словам Жанны Ахметовой, не смогла она добиться правды и в другом, еще более резонансном случае.

— Или вспомним Темирулана, мальчика в Астане убили в школе (в сентябре 2014 года), и никто так и не понес наказания! Мы бились год, но все тщетно. Все работают на своих местах, а мальчик, убивший одноклассника, продолжает учиться в той же школе. Когда наш представитель и защитник всех детей страны начнет работать и вникать в дела? — говорит она.

По словам блогера, аналогичных этим примеров можно привести множество, и слишком часто виновным удается уйти от наказания. Причины этого разные, а вот результат всегда один: те, кто действительно нуждается в защите своих прав, либо попросту ее не получают, либо вынуждены добиваться ее, обивая пороги высоких кабинетов.

Жить по-новому?

— Я считаю, что настало время разработать и принять госпрограмму в интересах детей. С учетом компетенций правительства РК об утверждении госпрограмм прошу рассмотреть разработки утверждения госпрограммы в интересах детей Казахстана, — сказала на днях Загипа Балиева, оглашая депутатский запрос на имя премьер-министра РК.

Никакой конкретики о том, что будет в этой программе, уполномоченный по правам ребенка не сообщила. Однако, вполне вероятно, что появление ее может вызвать столь же обширное обсуждение в обществе, сколь широко обсуждались поправки в Земельный кодекс или Закон о СМИ. Ведь даже несмотря на то, что инспекторов по делам несовершеннолетних уже давно называют ювенальными полицейскими, словосочетание «ювенальная юстиция» всерьез пугает сейчас родителей.

В первую очередь это происходит потому, что казахстанцам не раз приходилось слышать в выпусках новостей, как эта самая юстиция работает в странах Европы. Там ребенка могут «изъять», именно так звучит определение, из семьи не только за физическое наказание, не причинившее вреда здоровью чада (подзатыльник или шлепок), но и за обычный окрик на маленького проказника. Кстати, об ужесточении ответственности за такое наказание провинившегося несовершеннолетнего уполномоченный по правам ребенка в РК высказывалась уже не один раз. Выступая осенью 2016 года, Загипа Балиева ясно дала понять, что собирается присоединить Казахстан к пулу стран, которые на законодательном уровне запрещают такие «формы воспитания», как шлепки и даже окрики. За подобные виды «преступлений» уполномоченный предлагает предусмотреть ответственность вплоть до уголовной.

— Комитет по защите прав ребенка требует, чтобы в наше законодательство в статью «Насилие» мы ввели понятие «шлепок», то есть, чтобы обыкновенный шлепок расценивали как насилие. Мы будем это рассматривать. Это уже доказано: любой обычный шлепок негативно воздействует на ребенка, его уверенность в себе и самодостаточность. Мы, родители, думаем, что через пять минут после шлепка ребенок все забыл. Но мы должны знать, что с каждым шлепком уровень чувства собственного достоинства на миллиметр становится все ниже и ниже.

Если ребенок растет свободно и его ни разу физически не наказывали, а постоянно поддерживали, находили время и терпеливо ему рассказывали, что плохо, а что хорошо, тем талантливее и одареннее он будет. Мы должны четко это понимать, — сказала она в ходе пресс-конференции.

Насколько большую важность имеет это высказывание, переоценить сложно. Родителям ясно дают понять, что вопрос внедрения ювенальных технологий западного образца, чуждый нашим самобытности и менталитету, обязательно попытаются протолкнуть в жизнь, и не исключено, что в самое ближайшее время. Тогда органы опеки под предлогом допущенного со стороны родителей насилия в отношении ребенка (шлепок по попе, окрик, удерживание, принуждение делать уроки, запрет смотреть телевизор после определенного времени, отказ купить дорогую игрушку, которая не покарману семье и прочее) будут иметь право отнимать детей у родителей, изымать их из родных семей. Кроме того, детей, возможно, смогут изымать из семей под предлогом «социального неблагополучия» — невысокого дохода родителей или отсутствия достаточной жилплощади.

Соседские страсти

К примеру, в соседней России закон «о шлепках», вызвавший огромный общественный резонанс, окончательно приняли 3 июля 2016 года. Его подготовили в ответ на просьбу президента России поддержать инициативу Верховного суда о декриминализации уголовного законодательства.

В первом чтении законопроект действительно содержал позиции «экономии уголовной репрессии», но уже ко второму с ним стали происходить «чудесные» изменения. В результате в статье 116 УК РФ «Побои» внезапно возник диаметрально противоположный смысл. Появилось абсурдное и нелогичное наказание: за большее преступление — максимально мягкое, за малое — чрезвычайно суровое.

Итак, за причинение физической боли без последствий, то есть даже без легких телесных повреждений, в том числе за шлепок или наказание ребенка ремнем, родителя могут ожидать: «обязательные работы на срок до 360 часов либо исправительные работы на срок до одного года, либо ограничение свободы на срок до двух лет, либо принудительные работы на срок до двух лет, либо арест на срок до шести месяцев, либо лишение свободы на срок до двух лет».

Это прямо указывает на репрессивный характер законопроекта по отношению к социальной группе под названием «родители». Такая норма легко позволяет лишать свободы тех из родителей, кто посмеет наказать ребенка «без вреда его здоровью», что может подразумевать символическое наказание.

Такие перекосы, допущенные законотворцами, вызвали большой общественный резонанс в России. И даже несмотря на то, что закон подписан главой государства, не исключено, что скоро его пересмотрят и поменяют. Но на это нужны воля, силы и главное — средства.

Казахстанские эксперты надеются на то, что нам не придется идти по тому же пути проб и ошибок, которые впоследствии придется исправлять, поступившись как временем, так и деньгами. Ведь культура воспитания подрастающего поколения в нашей стране складывалась веками и уже не раз доказывала свою эффективность. В отличие от той, которую пытаются навязать нам с дальних берегов.