Например, к молодым идет, чтобы рассказать, как нужно Родину любить и защищать, потому что сам знает об этом еще с Курской дуги и построил свою жизнь, руководствуясь чувством долга. Потому, возможно, и жизнь к нему благосклонна.
Ровесники же и сослуживцы могут на него всегда положиться, потому что цену товарищества и боевого братства дядя Саша остро осознал на войне — солдаты вынесли тяжелораненого сержанта Жармуханова с поля боя, благодаря чему и остался он в живых.
Но не только война сформировала характер. Рос в большой и дружной семье. С детства усвоил, что отца, мать, старших братьев и сестер уважают за трудолюбие и открытое сердце. Среди сверстников хоть и был невелик ростом, с шести лет пошел в первый класс, усердно учился и другим помогал постигать школьную премудрость. За это его уважали и любили.
«Стоял сплошной грохот…»
Успешно окончив школу в 1940 году, 16-летним мальчишкой решил освоить профессию бухгалтера. Одновременно учился и работал. Потом война. Его по возрасту на фронт не брали. А старшие братья все ушли воевать и отдали жизнь за отечество.
Только в 42-м ему выпал шанс расквитаться с фашистами. Но в действующую армию попал не сразу. Прежде его направили на курсы военного училища в Уфу. На фронт попал уже сержантом и командиром отделения в составе воздушно-десантной гвардейской дивизии.
Как особый, выпавший ему жребий он воспринимает свое участие в легендарном Прохоровском сражении в ходе Курской битвы. Напряженный эпизод войны произошел 12 июля 1943 года на южном фасе Курской дуги в полосе Воронежского фронта, в районе станции Прохоровка. Некоторые военные историки считают это сражение одним из крупнейших в военной истории с применением бронетанковых сил.
Участник этого боя Ажмурат Жармуханов вспоминает, что отдельных выстрелов было не различить. Стоял сплошной грохот. Были мгновения, когда в дыму свои и немецкие танки можно было различить только по силуэтам. Из горящих машин выскакивали танкисты и, будучи охваченные огнем, катались по земле, пытаясь сбить пламя.
Солдаты с обеих сторон схватились в рукопашном бою. В атаку на вражеские окопы вел своих бойцов и сержант Жармуханов.
Позже подсчитают потери с обеих сторон. Только 9-я гвардейская воздушно-десантная дивизия, в которой воевал Жармуханов, в том бою потеряла 2525 человек, из них 387 убитыми и 489 пропавшими без вести.
Воевал на фронте и в тылу
А тяжело ранило его в бою в начале августа того же 43-го, когда поднимал бойцов в атаку. Он не помнит самого ранения. Просто в какой-то момент обнаружил, что упал и уже не может подняться. Почему-то боли не было. Было лишь желание встать и продолжать атаку. Подполз один из бойцов и увидел, что из кирзового сапога командира льется кровь...
Из-под пуль и осколков от рвущихся повсюду снарядов и гранат его до относительно спокойного места дотащили на себе двое ребят, положили в грузовик, который вывез его в тыловой санбат в лесу. В госпитале врач сказал: «Отвоевался, сержант. Ногу не спасти. Если хочешь жить, готовься к ампутации...»
А Ажмурат взмолился, чтобы оставили как есть, потому что без ноги — ну, какая это жизнь, тем более в таком молодом возрасте? Настоял. Врачи махнули рукой: сам за все отвечаешь. Обстреливаемый с воздуха санитарный эшелон отвез Ажмурата в глубокий тыл, в Тамбов.
Там сержант пролежал на спине больше трех месяцев. Вспоминает, как другие бойцы, находившиеся на лечении, кормили его, всячески помогали. Все-таки боевое товарищество — самое сильное, уверен дядя Саша.
Из госпиталя, хоть и с костылем, но на своих двоих он вышел только в октябре. Худой, истощенный тяжелой травмой, почти еще мальчик. Приехал в родной колхоз на западе Казахской ССР. Военкомат направил боевого сержанта вести уроки военной подготовки.
Его дальнейшую судьбу определил случай.
Еще во время войны, после курсов в Уфе, его на некоторое время оставили инструктором по обучению пополнения. Как разведчика его использовали и в подготовке сотрудников СМЕРШ — спецслужбы армейской контрразведки «Смерть шпионам», которая вела поиск немецкой агентуры и уничтожала диверсантов.
Несколько пополнений ушло на фронт, а его все держали. Затем Ажмурата вдруг пригласил в кабинет на беседу с глазу на глаз неизвестный ему капитан. Подробно расспросил о довоенной жизни, о родителях, братьях и сестрах, отметил успехи в разведшколе. Потом вдруг спросил, как зовут. Услышав непривычное имя, переспросил: «Александр что ли?». Ажмурат ответил: «Да».
— Саша. Так меня звали среди разведчиков, — рассказывает Ажмурат, — и потом уже на работе в КГБ для друзей я тоже был Сашей. Это мое второе имя, с которым связаны и оперативная работа, и молодость, и успехи. Теперь я уже дядя Саша...
Так вот, в 1944 году сержанта с опытом разведработы взяли на работу в местный отдел НКВД. А узнав, что Ажмурат обладает сильной тягой к получению знаний, через непродолжительное время отправили учиться в высшую школу КГБ в Алма-Ате. Окончил он ее в 1947 году и был откомандирован на пять лет в Узбекистан.
Работа там закалила характер молодого лейтенанта. В Бухаре приходилось выявлять афганских, да и местных бандитов, отслеживать их связи, каналы перемещения, бороться с организованной преступностью.
Затем до 1968 года работал в Джамбуле. На офицерскую пенсию в чине полковника госбезопасности («Как Путин!» — уточняет он) в 1976 году выходил в Алма-Ате. Но справедливо замечено, что чекистов бывших не бывает.
Неподкупный — это не только позиция
— Через неделю после ухода в отставку звонит заместитель председателя КГБ Казахской ССР Николай Разживин, друг мой. «Хватит, — говорит, — отдыхать! Бери под свое начало казахстанский «Интурист», налаживай профилактическую работу...»
— Тогда торжествовал закон! — вспоминает дядя Саша. — Глаза и уши государства — это Комитет госбезопасности. Чекисты — самый честный и бескомпромиссный народ. Интересы государства превыше всего. Никаких личных поблажек.
С этими принципами он затем руководил кадровым аппаратом в системе торговли Алма-Аты:
— У меня же опыт, на неблагонадежных глаз наметан. Нарушителей, нечестных на руку людей, «блатных» быстро выявлял. Беседовал. Тех, кто не менял скверных привычек, увольнял.
Когда посыпались большие руководители торга, даже комиссию из Москвы прислали. Да, быстро разобрались, кто наводит порядок. За такую работу поощрять надо! Поэтому неудивительно, что к 18 медалям советского времени добавились награды уже независимого Казахстана. Президент лично вручал! Шутка ли — 65 лет трудового стажа на благо страны.
А в прошлом году президент России наградил его и других ветеранов юбилейной медалью «70-лет Победы в Курской битве». Эта медаль для него особенно ценна: «От в прошлом полковника КГБ Владимира Путина».
На 90-летний юбилей, который дядя Саша отмечал 7 ноября (!) 2014 года, представители Администрации президента Н.А. Назарбаева привезли приветственный адрес. На праздник собрались многие ветераны и действующие сотрудники органов безопасности, нынешние коллеги. Многих из них он принимал на работу и воспитал.
Он не привык оставаться в стороне от общественной жизни. Поэтому продолжает трудиться в одном из алматинских советов ветеранов войны и пенсионеров. Охотно встречается с молодежью, рассказывает о патриотизме.
Считает, что труд и семья — главное благо в жизни. К слову, этим жизнь щедро одарила дядю Сашу. У него пятеро взрослых детей, которые реализовали себя в разных сферах и стали успешными людьми. Восемь его внуков идут по стопам родителей. Растут, учатся и познают жизнь правнуки.
Его всегда сопровождали секреты особой важности. Но из своей долгой жизни он не делает тайны: живет активно и открыто. А еще Ажмурат-ага помнит отцовское благословение, в котором тот поведал перед смертью в 1952 году, что еще в войну мулла Карабаксы, прочитав заупокойную молитву по одному из погибших на войне братьев, сказал, что младший сын будет жить до 117 лет...
— Воспитанный в традициях почтения к родителям, постараюсь оправдать отцовское благословение, — говорит ветеран. — Как учили сызмальства, буду наполнять каждый день бытия трудом во благо Родины, общества и тех, кого люблю и уважаю.
