В ежедневнике общественного деятеля, известной многодетной мамы Виктории Моминбаевой, по 20 пунктов на каждый день.
- Виктория, каково быть мамой шестерых детей?
- Я как в мультике “Осторожно, обезьянки!” - самая большая обезьянка (смеется).
В воспитании я не за нравоучения, а за эмоции - ведь это то, что останется в качестве воспоминаний о детстве. И поцелуев много не бывает! Это как фраза Скарлетт Йоханссон из фильма “Люси”, которая говорит маме: “Спасибо за те тысячи поцелуев, которыми ты покрывала мое лицо в детстве”.
Ограничениями редко чего можно добиться, я за разумное воспитание. Разговаривая с детьми, родители могут дать больше. Я все объясняю своим детям. Меня всегда впечатляет качество общения. Есть мамы, которые будут сидеть, как клуши, с детьми весь день - и без толка, а есть мамы, которые потратят пять минут, но проведут это время намного эффективнее.
Я всегда поучаствую там, где я нужна, с детьми мы договариваемся, идем на уступки друг другу.
- Есть ли в Вашей семье традиции?
- Целовать детей на ночь и обязательно всей семьей пить чай.
- Как Вы планируете свое время, за счет чего экономите его?
- Я умею быстро готовить. Держусь подальше от энергетических вампиров. Разговаривая с людьми, перехожу сразу к сути дела, чтобы понять, чего от меня хотят, сколько это займет времени в дальнейшем.
Если понимаю, что кто-то в каком-то вопросе справится лучше меня, легко делегирую полномочия.
- Кто Вы по профессии?
- В детстве я занималась практически всеми видами спорта. Я родилась в то счастливое время, когда были бесплатные секции и тренеры сами выбирали детей. Я занималась и балетом, и баскетболом, и легкой атлетикой. Участвовала во всех кружках Дома пионеров, у меня даже сохранился диплом орнитолога!
Выигрывала олимпиады. Поступила в Институт иностранных языков. Мой преподаватель Игорь Журавлев смог привить любовь к английской литературе, цитируя Шекспира.
Я учила и латынь, до сих пор люблю поговорки на латыни, периодически перечитываю их. Любимая, наверное, Pera spera ad astra (“Через тернии к звездам”). Еще обожаю выражение: “Лови момент” или “Живи сегодняшним днем”!
В итоге я стала преподавателем английского и немецкого.
- Как удается быть всегда в тонусе?
- Я перфекционист. Мне всегда надо добиваться большего и стремиться к лучшему.
Это мой мотив. Я много двигаюсь. Занимаюсь с тренером. Не экономлю на себе. Инвестиции в себя всегда оправдываются. Ну и, конечно, мне повезло с генетикой!
- Вы привязываетесь к вещам?
- Только к своим коллекциям. Страсть к собирательству мне передалась с генами папы. Еще с детства мы с Кариной Абдулиной собирали марки, календарики, а потом остановились на коллекционировании мыла. У меня было больше 100 кусков мыла! А когда случился советский кризис, мы три-четыре года мылись моей коллекцией.
Потом я собирала советский фарфор, покупаю сервизы до сих пор, с удовольствием хожу по блошиным рынкам.
Есть коллекция винтажных платьев от Оскара де ла Рента - американский модельер доминиканского происхождения. Его платье из любой золушки сделает королеву. К тому же это практичная коллекция - я всегда могу ее применить по назначению.
- Вы дружите и с казахстанскими новаторами, расскажите о Вашем гардеробе от отечественных кутюрье.
- Сейчас в этой сфере происходит подъем, сформировался определенный рынок дизайнеров и их клиентов, но еще не всем хватает мастерства. Наши дизайнеры нашли свои ниши. Ольга Стан подарила мне потрясающее платье из грубого шелка серого цвета в розах. Человек подарил от души, и я с удовольствием приняла подарок.
Сакен Жаксыбаев дарит мне платья на Новый год. Недавно я открыла Mechanical Piano и дизайнера Айгуль Касымову. А также Лешу Джена и Саята Досыбаева. А еще я снялась для Avoli.
- Расскажите, как Вы начали заниматься благотворительностью?
- Я поняла, что благотворительность - это не просто подарить какие-то вещи кому-то.
В нашей стране нужно менять само понятие об этом явлении. Например, мы называем детей-инвалидов людьми с ограниченными возможностями, а за рубежом - это люди с особыми потребностями. Исторически в Казахстане никогда не было детей-сирот. Сейчас парадокс - масса бездетных семей и при этом детские дома. Почему в США нет детей-сирот? Государство создало условия, когда американцы хотят брать детей, там нет стереотипов, как у нас, к тому же государство помогает содержать малыша.
Я выбираю важные, на мой взгляд, проекты, и точно не стану помогать дармоедам, которые, например, просят закрыть их кредит. Если у человека действительно сложная ситуация, готова помочь трудоустройством.
Порой мне тяжело заниматься благотворительностью, поскольку часто информацию пропускаю через себя... Впереди очередной проект, мы планируем построить детские площадки для детей с особыми потребностями и уже выбрали несколько фондов и центров, где это сделаем в приближающемся новом году.
