Казахстан предложил участникам ЭКСПО поговорить о возобновляемых источниках энергии, и главная роль в этом разговоре будет отведена Жамбылской области. Оно и понятно: южане первыми в стране научились добывать электроэнергию из ветра и солнца. Только в прошлом году на Кордайском перевале открылась ветряная электростанция, а в поселке Отар – солнечная. Обе промышленного масштаба.
Лампочка Бозумбаева
– Конечно, в сфере развития "зеленых технологий" мы являемся пионерами, – прокомментировал аким области Канат Бозумбаев. – Это первая ласточка. Уже через пару месяцев у нас будет открыта еще одна мини-гидроэлектростанция на 2,5 МВт в Турар Рыскуловском районе. Кроме того, в этом году мы откроем ветровую станцию на 4 МВт в Кордайском районе, начнем строительство ветровой станции на 100 МВт в Сарысуском районе и солнечной станции на 24 МВт в Жамбылском районе. Все уже подсчитано, финансы определены, земельные участки выделены.
Всего в области реализуется 9 "зеленых" проектов общей мощностью до 190 МВт. Этого достаточно, чтобы обеспечить регион электроэнергией на 40% и хоть как-то покрыть ее дефицит.
– Конечно, в области есть Жамбылская ГРЭС, она огромная – 1200 МВт, – говорит Бозумбаев. – Но вы знаете, что в зимний период юг Казахстана испытывает определенный дефицит газа. В это время станция переходит на мазут, и электроэнергия становится очень грязной и дорогой. Поэтому мы и взяли курс на развитие "зеленых технологий".
Главный источник ветровой электроэнергии – Кордайский перевал. Этим летом здесь запустится целый ветропарк. На 67 гектарах земли появится 21 генератор стоимостью 1,5 млн долларов каждый. Говорят, управлять станцией можно будет даже на расстоянии. Окупится диковинка через 11 лет.
– Можно находиться в Европе и контролировать, – рассказал координатор проекта по реализации Кордайского ветропарка Евгений Омашев. – Мы уже договорились с немецкими партнерами, которые и будут контролировать – за счет установления блоков GSM. А вообще, ветрогенераторы начинают работать от 3,5 метра в секунду. Ограничитель срабатывает на 25 метрах в секунду, и они останавливаются.
– Куда будет "уходить" выработанная электроэнергия?
– Покупать ее будут Жамбылские электросети по 16,6 тенге. Себестоимость выработки 1 КВт – 11,5 тенге.
– Но вы в любом случае не сможете покрыть дефицит…
– Да, сама по себе Жамбылская область испытывает дефицит электроэнергии, и ее закупают в Кыргызстане. С другой стороны, у Кордайского перевала очень большой потенциал. Потому это только начало.
Вот и главный пионер Жамбылской области – г-н Бозумбаев – с советским задором намерен выполнить и перевыполнить план "озеленения" своей вотчины:
– Мы будем наращивать усилия, и я думаю, что задачи, поставленные главой государства, когда в целом по стране обеспеченность электроэнергией за счет "зеленой экономики" должна составлять 20%, мы перевыполним на 40%. В общем, к ЭКСПО-2017 нам будет что показать.
Штамм золота
Акбакайскому филиалу "Алтыналмаса" тоже есть что показать. В эти дни здесь полным ходом идет тестирование штаммов золотоносных африканских бактерий. С их помощью драгоценный металл уже добывают узбеки в Зарафшане и наши – на Суздальском месторождении в Семее. Если африканские "гостьи" приживутся и на жамбылской земле, говорить о "зеленой экономике" можно будет еще громче.
– Это называется бактериальное окисление, – пояснил главный технолог Акбакайской фабрики Борис Турнов. – Технология абсолютно экологична. Как правило, при обжиге мышьяковистой руды идет массовый выброс мышьяка в воздух. А при бактериальном окислении мышьяк превращается в нерастворимую форму арсената железа, сбрасывается в хранилище и становится абсолютно безвредным.
– По деньгам это выгодно?
– Конечно, в какой-то мере затратно. Но в данном случае цель оправдывает средства.
– С вас снимутся экологические платежи?
– Нет, дело не только в этом. Бактериальное окисление – это, в принципе, прорыв!
Впервые золото на, казалось бы, бесплодной земле обнаружил местный геолог Дубек Дуйсеналиев. Он разглядел желтый камешек… в норке суслика. А уже через несколько лет на этом месте выросла Акбакайская золотодобывающая фабрика.
В прошлом году она произвела около тонны драгоценного металла. Отсюда слитки Доре экспортируют в Швейцарию для дальнейшего аффинажа. По словам Турнова, золотых запасов здесь хватит еще, как минимум, на 13 лет.
– На полную мощность добыча идет только на двух месторождениях, – говорит директор фабрики Марат Аусабаев. – На трех других сейчас идет разведка, и еще на одном – работы по строительству. Но вообще, основных и самых крупных месторождений два – Акбакайское и Пустынное. Они должны дать более 100 тонн золота. Сейчас содержание идет 2 грамма, но мы углубляемся, и содержание повысится.
Между тем г-н Аусабаев составил своеобразный рейтинг золотодобывающих компаний страны. Самой мощной он назвал "Казцинк", на второе место поместил "Казахмыс", ну а на третье – родной Акбакай. За лидирующие строчки в золотом "хит-параде" здесь борются специалисты со всего Казахстана. Местное население зачастую неквалифицированно, а потому руководство вынуждено брать на работу приезжих из Алматы, Кентау, Тараза и Южного Казахстана. Средняя зарплата "фабрикантов" – 137 тыс. тенге.
Сами мы не местные
Маленькие Денис и Рафаэль – тоже не местные. Их друзья и родной дом остались в Таразе и Шымкенте, а в Мойынкумский район занес ветер перемен и возможность заработка, привлекшая родителей. Полтора года назад здесь открылся цементный завод – специалистов, как и водится, набирали отовсюду. Теперь для Дениса и Рафаэля Мойынкумская пустыня – второй дом.
– В школу ездим в соседний поселок, – рассказывают мальчишки. – Летом ходим на Балхаш – купаемся и ловим рыбу. Дома, конечно, лучше.
Мойынкумский район – самая отдаленная точка Жамбылской области. Куда ни глянь, всюду бескрайняя степь и пустыня. В этом суровом краю вынуждены выживать и люди, и животные. Именно здесь впервые в стране была зарегистрирована конго-крымская геморрагическая лихорадка. Не обошли стороной и другие сверхопасные инфекции: сибирская язва, холера, чума…
Добавляет бесперспективности и малочисленность населения – в районе проживают всего 30 тыс. человек на огромной территории – Мойынкум занимает 54% всей Жамбылской области.
– Когда мы сюда приехали, то были шокированы ценами, – говорит мама Дениса Елена Одновол. – Если в Шымкенте хлеб стоит 30 тенге, то здесь – 60–70. Все продукты привозные, вещевого магазина нет: покупаем, когда едем домой, в Шымкент.
Благо руководство цементного завода построило для своих сотрудников дома и обставило мебелью. По словам Елены, "трешка" здесь обходится в 10 тыс. тенге ежемесячно при средней зарплате на заводе 75 тыс. тенге.
– Навсегда мы здесь, конечно, не останемся – ловить нечего, – рассуждает Елена. – Сколько-нибудь отработаем, потом вернемся домой.
К слову, местное население идет работать на цементный завод с неохотой. Говорят, браконьерство на Балхаше приносит куда больше денег…
Зато у нас кумыс есть!
Промышляют местные и торговлей саксаулом. Его вырубка запрещена до 2018 года, но предприимчивых джигитов это не смущает – с начала года заведено уже 19 уголовных дел.
Еще одна беда саксаульников – пожары. Летом и осенью они вспыхивают едва ли не каждый день, а Юрий Яковлев их тушит. Бортмеханик службы лесоохраны приезжает сюда на шесть месяцев в году специально… из Алматы.
В областном управлении туризма уверены: уже скоро на родину великого Жамбыла алматинцы будут приезжать не по работе, а в отпуск. В регионе уже разработана специальная концепция – ставку делают на хорошие дороги, заповедные места и тягу казахстанцев к историческим корням.
– У нас нет океана, белого песка и пальм. Но зато у нас есть этноколорит, который мы и хотим использовать, – говорит замначальника управления Меруерт Сергеева. – Допустим, в Жуалынском районе у нас есть музей Бауыржана Момышулы, есть ткачество ковриков. Там сидят женщины и вручную ткут ковры и портреты. Это наше исконное ремесло, и мы хотели бы именно этим привлечь внимание туристов.
– Одними коврами отдыхающих не заманишь.
– Мы это понимаем, поэтому сейчас подводим инфраструктуру к объектам туризма. В частности, к дворцовому комплексу Акыртас, детскому лагерю "Тау самалы" и ущелью Коксай. Это позволит нам заняться хотя бы внутренним туризмом. Более того, в прошлом году наша взлетно-посадочная полоса была передана в госсобственность. Сейчас там будет строиться новый терминал аэропорта, что тоже позволит улучшить условия для туристов. Сегодня же у нас летает только "Скат" – наша взлетная полоса не может принимать большегрузные самолеты.
– Вы поддерживаете малый и средний бизнес в сфере туризма?
– У нас разработан бюллетень по гос-поддержке. Допустим, тот же самый экскурсионный автобус можно завезти без таможенной очистки. Думаю, это большая поддержка со стороны государства. Сами понимаете, таможенная очистка порядка 20% прибавляет к стоимости автомобиля… Если говорить о цифрах, то в прошлом году у нас было 25 туркомпаний, в этом – уже 37. Это свидетельствует, что спрос увеличивается, и люди готовы путешествовать.
– Не секрет, что в основном турфирмы нацелены на выездной туризм.
– Да, но у нас тоже очень много красивых мест. Тот же Аксу-Жабаглинский заповедник частично относится к нашей области. Там есть каньоны, ущелья, нет комаров, и вечером стоит приятная прохлада. Сейчас мы туда прокладываем дорогу, а если там еще что-то построить, будет божья благодать.
