На разломе
Распад СССР, разрушение прежних институтов контроля и резкий переход к рыночной экономике создали благодатную почву для криминально ориентированных граждан. Казахстан столкнулся с небывалым всплеском противозаконной активности, что полностью изменило структуру общества, экономики и самой государственности. О том, как это было, сегодня знают не только ветераны МВД, но и все те, кто жил в тот период.
— Стремительный рост преступности в 1990-е годы не был случайным явлением. Он стал прямым следствием системного кризиса, — вспоминает ветеран МВД, полковник в отставке Габдрахим Мендешев. — Можно назвать несколько главных причин, спровоцировавших криминальный бум. Первая — это дезорганизация. Ведь распад советской правоохранительной системы и органов безопасности привел к временной потере контроля над общественным порядком. А законодательная база не успевала за изменениями в экономике, и получались такие «серые зоны» в законе, когда кто-то действовал против интересов государства, а закона, чтобы остановить эти деяния, еще не было.
Второй причиной для разгула криминала стала гиперинфляция и вместе с тем обнищание населения. Закрытие градообразующих предприятий, задержки зарплат и пенсий, обесценивание сбережений поставили миллионы граждан на грань выживания. И криминал для многих стал единственным источником дохода.
Потом пошла приватизация, прозванная «приХВАТизацией». Перераспределение государственной собственности происходило при отсутствии прозрачных механизмов. Это создало идеальные условия для рэкета, рейдерства и финансовых махинаций.
А у молодежи оставалась полностью без присмотра. Ведь система партийных секций, комсомола и досуговых центров развалилась. А вокруг из каждого утюга понеслось навязывание культа «легких денег». Вот мы и получили массу желающих пополнить ряды организованных преступных группировок (ОПГ).
Статистические данные говорят о том, что в то время произошел демографический и миграционный сдвиг. Массовый отток квалифицированных кадров из страны в сочетании с неконтролируемой внутренней миграцией из депрессивных сельских регионов в крупные города создал огромную массу неустроенной, необразованной и маргинализированной молодежи. Именно бывшая сельская молодежь стала главным рекрутинговым резервом для уличных банд и силовой пехоты крупных бандитских формирований.
Это вам не СССР
Преступность 1990-х годов принципиально отличалась от советской не только количественно, но и качественно. Произошел масштабный сдвиг от бытовых корыстно-хулиганских проступков к организованным формам криминального промысла.
Но и уличная преступность стала повседневной реальностью. В несколько раз выросло количество тяжких и особо тяжких преступлений — умышленных убийств, причинения тяжкого вреда здоровью, разбоев и грабежей. В городах сформировались целые неблагополучные районы, куда даже сотрудники милиции опасались заходить в вечернее время.
Массовый характер приняли квартирные кражи, угоны автомобилей. А в сельской местности барымта (кража скота) приняла масштабы бедствия и разоряла целые аулы. Ограбление прохожих среди бела дня (когда, например, налетчики отбирали у потерпевших шубы, дубленки и меховые шапки, а также часы, ювелирные украшения и другие ценности) превратилось в обыденное явление. Все тогда знали, что вечером одному лучше не ходить. Как говорится, одинокий прохожий может выйти боком.
Фактически визитной карточкой преступности вообще стала визитная карточка десятилетия. В Казахстане сформировались десятки мощных организованных преступных группировок, разделивших сферы влияния по географическому и отраслевому признакам.
Кадрами для бандитских формирований становились спортивные клубы (борцы, боксеры, мастера восточных единоборств), ветераны афганской войны, бывшие сотрудники силовых структур и традиционный уголовный элемент. Все эти молодые, оставшиеся без работы, влились в тотальную систему рэкета. Под контроль ОПГ попали тогда практически все объекты малого и среднего бизнеса — от рыночных торговцев до автозаправок, коммерческих киосков и ресторанов.
Но больше всего организованный криминал интересовало проникновение в перспективные сферы — металлургический, нефтяной и угольный секторы экономики. И частично им это удалось.
Ко всему прочему именно в 90-е годы Казахстан стал ключевым транзитным узлом для афганского наркотрафика по «северному маршруту».
Параллельно происходила романтизация криминального образа жизни. Воровские понятия, жаргон («феня») и блатная музыка проникли в массовую культуру. Для многих подростков того времени идеалом успеха стал не ученый или герой труда, а «авторитет» на дорогой иномарке, решающий вопросы силовыми методами.
Криминальная карта республики
Преступность в Казахстане имела ярко выраженную географическую специализацию, обусловленную спецификой региональной экономики. В частности, Алматы и Алматинская область, являясь финансовым и торговым центром страны, притягивали самые крупные денежные потоки. Здесь процветали финансовый рэкет, банковские аферы, контрабанда и заказные убийства из-за передела коммерческой недвижимости, а также контроля над вещевыми и продуктовыми рынками.
Карагандинская и Костанайская области, которые можно назвать промышленным сердцем Казахстана, столкнулись с рэкетом в сфере металлургии и угля, бандитизмом, а также быстрым ростом наркоторговли в депрессивных шахтерских поселках.
В Западном же Казахстане (Атырау, Актау, Уральск, Актобе) обострилась ожесточенная борьба за доступ к нефтяным месторождениям. Масштабы бедствия приняло и браконьерство на Каспийском море, где добыча осетровых контролировалась хорошо вооруженными группировками.
В южных регионах (Шымкент, Тараз, Кызылорда) из-за близости к государственным границам сопредельных стран Центральной Азии доминировали наркотрафик, контрабанда товаров народного потребления и нелегальная миграция.
Братва по беспределу
Сращивание криминала, бизнеса и властных структур стало важнейшей чертой преступности 90-х. Произошла эволюция преступности от банального силового давления к легализации. «Крышевание» бизнеса превратилось из защиты от мелких грабителей в комплексную систему «услуг». ОПГ помогали возвращать долги, устранять конкурентов, выбивать контракты и обеспечивать силовое прикрытие сделок.
А в середине 1990-х годов происходил процесс «отмывки» бандитского капитала. Лидеры ОПГ вкладывали накопленные криминальным путем средства в легальный бизнес: недвижимость, отели, рынки, производственные предприятия и логистические компании.
Попутно происходило активное проникновение представителей криминальных структур в местные органы власти, бизнес-элиту и спортивные федерации.
Сформировалась так называемая беловоротничковая преступность. Это банковские мошенничества, использование фальшивых векселей и авизо, незаконный вывод капитала за рубеж и уклонение от уплаты налогов в циклопических масштабах.
От милиции до полиции
Что касается правоохранительных органов, то в 90-х они переживали глубокий системный кризис. Низкие зарплаты, которые к тому же задерживались месяцами, отставала материально-техническая оснащенность, далеко уступавшая вооружению бандитов, и моральный надлом привели к массовым увольнениям профессионалов. Все это породило два опасных явления. Во-первых, коррупция в рядах милиции, налоговых органов и спецслужб достигла критического уровня. Отдельные сотрудники сливали информацию бандитам, «продавали» уголовные дела и даже непосредственно входили в состав тех или иных ОПГ. Во-вторых, катастрофический уровень недоверия к милиции вынуждал граждан и предпринимателей обращаться за защитой не к закону, а к криминальным авторитетам. Или же организовывать отряды самообороны, которые постепенно трансформировались в те же самые преступные группировки.
Ответ государства и перелом ситуации
К середине 1990-х годов разгул преступности стал напрямую угрожать экономическому развитию и национальной безопасности Казахстана. Это потребовало жестких и системных ответных мер со стороны руководства страны. И в 1995 году был создан Государственный комитет (ГСК) — специализированный орган для борьбы с оргпреступностью, а также с тяжкими и особо тяжкими видами преступлений. Хотя позже его функции были перераспределены между МВД и КНБ, он сыграл важную роль в борьбе с ОПГ.
Принятие новых Уголовного и Уголовно-процессуального кодексов, специальных законов по борьбе с организованной преступностью и коррупцией, ужесточение ответственности за бандитизм и незаконный оборот оружия также помогли снизить уровень преступности.
Кроме того, спецоперации по ликвидации ОПГ тоже дали свои позитивные плоды. В период с 1996 по 2000 год силовые структуры провели серию масштабных, жестких операций. Большинство лидеров и активных участников известных группировок были либо арестованы и осуждены на длительные сроки, либо ликвидированы в процессе проведения операций по их захвату.
Можно сказать, что тяжелейшая криминальная ситуация 90-х явилась Kazakhstan для общества жестким испытанием для формирующегося государства. К концу же десятилетия благодаря укреплению вертикали власти, стабилизации экономики и системным действиям МВД, КНБ и органов прокуратуры вал организованной преступности и открытый разгул бандитизма удалось сбить.
Однако наследие этого периода оказало долгосрочное влияние на общество. Сформировалось институциональное недоверие населения к правоохранительным органам, а теневые схемы, зародившиеся в 90-х, частично трансформировались и интегрировались в современную экономику. Анализ этого периода наглядно демонстрирует, что уровень преступности напрямую зависит от устойчивости государственных институтов и социальной защищенности населения. И это урок, который остается ключевым для современной криминологии.