МК АвтоВзгляд Охотники.ру WomanHit.ru
Казахстан

Александра Ветеорец: «Мой дом — театр!»

Около года назад в Алматы появилось удивительное место — театр-кафе La Bohême (Théâtre et café La Bohême, фр.) La Bohême появился и сразу обрел поклонников среди людей самого разного возраста и творческих предпочтений. Но возник театр не на пустом месте и не вдруг. До его появления в южной столице уже действовал музыкальный театр Quadrate, вдохновителем и руководителем которого была обаятельная девушка с необычной фамилией — Александра Ветеорец. Она и открыла самостоятельно новый творческий проект, став его создателем, руководителем и идеологом.

Мы беседуем с ней о ее театре, о том, какая она, богема Алматы, как изменилось само значение слова с тех пор, как вошло в разговорный обиход.

Согласно словарю Брокгауза и Ефрона, слово «богема» — производное от французского bohême — «цыганский» или «цыганщина». Французский писатель Мюрже так называл студентов Латинского квартала. Это понятие определяло среду актеров, музыкантов, художников, литераторов, ведущих веселый и беззаботный образ жизни, невзирая на невзгоды и проблемы. Первым идеализировал среду творческой интеллигенции композитор Пуччини в опере «Богема». И, возможно, отсюда понимание богемы стало наполняться более изысканными оттенками, перерастать в нечто высокое и обособленное, характеризовать избранных, эстетов. К ним же стали относить художников, музыкантов, литераторов.

Алматы, безусловно, город свободных художников, для которых при всем разнообразии и количестве театров, галерей, арт-салонов нет своего родного места, и потому появление «дома» для богемы Алматы стало важным событием.

Знакомьтесь — Александра Ветеорец, основательница Théâtre et café La Bohême.

— Александра, расскажите о себе. Чем вы занимались до театра?

— Мой путь к театру — это активная творческая школьная и студенческая жизнь в родном городе, потом переезд в Алматы, поиск собственного пути и переживания о том, что здесь, как мне тогда казалось, никому ничего не надо… Писала стихи, продолжала понемногу петь, занималась журналистикой, консалтингом. Однажды я попала на поэтический вечер, который неприятно разочаровал, и мы с друзьями сами стали организовывать салонные вечера, подняв планку в организации достаточно высоко и для себя лично, и, может быть, для других. А позже я получила приглашение стать руководителем и соучредителем музыкального театра Quadrate. Так я и попала в театр.

— Почему этот театр перестал существовать?

— Quadrate я получила на блюдечке уже работавшим, но для него это был как бы последний шанс, его планировали закрывать. В творческом бизнесе не бывает все быстро и просто. Театр живет своей жизнью — как самостоятельный организм. Он привлекает одних людей, выдавливает других. Вот я и взялась прочувствовать, развить и продвинуть его. У нас появилась любящая аудитория, душевные артисты, атмосфера стала наполненной, и все шло очень неплохо. Спустя год мы практически вышли «на ноль» в финансовом плане, но на этом этапе из театра ушли люди, которые вложили в него деньги, и я осталась одна. Правда, с большой поддержкой всех друзей, которые были у театра. Нужно было решиться на кардинальный шаг и выйти на новый уровень. Так мы и сделали. Новое место в историческом центре Алматы, новое название и новая планка, которую я для себя поставила. Риск был оправдан.

— Какова идея нового театра?

— Дискрипт у нас очень говорящий — разноформатный творческий театр. Мы вмещаем детей и взрослых, музыку и театральные постановки, импровизацию, джаз, классику, этнику, авторскую песню. И даже выставка картин Григория Макарова вписалась очень гармонично. И смысл того, что происходит на сцене, — не разъединить, а объединить артистов и зрителей. Это диалог, это глаза в глаза и взаимное чувствование. Наша притягательная атмосфера влюбляет в себя гостей, и они прощают нам наши недочеты. Все не гладко, ведь все не просто. Но это и есть жизнь.

— С чего начался Théâtre et café La Bohême? Кто помогал?

— Театр создавался руками и сердцами большого количества людей: кто-то помогал красить стены, прибивать плинтус, кто-то устанавливал и реставрировал барную стойку, дарил картины, горшки с цветами, посуду. К примеру, ни один стул в театре не покупали — мы собирали и продолжаем собирать старые стулья всем миром и даем им новую жизнь. Есть у нас раритетная немецкая печатная машинка, фортепиано, которые мы еще надеемся оживить. У нас большая библиотека. Одни люди ее пополняют, другие берут домой с возвратом или читают в кофейне за чашечкой ароматного напитка. Книги живые, им нужно внимание, поэтому так здорово, когда их берут в руки. Еще несут пластинки, и ждет своего часа проигрыватель, а значит, скоро, когда его отремонтируют, будем заслушиваться волшебным звучанием винила.

Вот и получается, что театр — это заслуга многих и многих людей, и каждый, кто приходит, оставляет здесь частичку своего сердца. Наверное, поэтому театр дарит ощущение дома. От нас не хочется уходить, и все обязательно возвращаются.

— Как появился ваш талисман — кошка Муза?

— О, Муза — это не просто живой символ театра, это его хозяйка. Ведь в каждом театре должна быть своя муза. Наша черная кошка пришла накануне Нового года во время концерта в Quadrate, где и прижилась. Родила в День театра, 27 марта, четырех котят и переехала в новый дом уже не как приблудившаяся, а как полноправная хозяйка. Пережила ремонт и еще более болезненное для нее отсутствие музыки и людей — без этого она страдает. Влюбляет в себя всех и каждого, она — звезда «Инстаграмма», ее портреты развешаны по стенам и на логотипе театра. А теперь она даже обеспечивает себя сама — есть баночка для сбора «На корм Музе».

— Кто ваш зритель? Есть ли у него особые пожелания? Как формируется репертуар?

— Наш зритель такой разный! Но это всегда ценитель близкого ему направления. Иностранцы в восторге от того, что могут послушать этническую казахскую музыку, молодежь испытывает драйв от смешения стилей — этника и фьюжн-группы Steppe sons, любители джаза раскрывают свои сердца импровизации мэтров жанра — Ирэн Аравиной, Вячеслава Тихонова, Гочи Серадзе, а дети с родителями участвуют в детских представлениях наравне с артистами. Это и чистое звучание классической музыки, от которой вырастают крылья, и поэтические вечера. Разноформатность, причем качественная, душевная — это столп в концепции театра. К примеру, глубокая поэзия, обрамленная и усиленная музыкой, — это концерт Александра Губерта, который состоится 19 апреля. Думаю, не оставит равнодушным того, кто ищет ответы на вопросы внутри себя.

У нашего зрителя нет определенного возраста, но есть возможность для самовыражения, всегда можно прикоснуться к театру и стать его частью. А пожелания — в основном, это благодарность за атмосферу и тепло, за удовольствие. Особо неравнодушные дают советы, мы их учитываем и реализуем по возможности. И противоположных мнений много, и средств очень недостает. Но нам важно каждое слово и каждый добрый отзыв.

— Какие звезды были на сцене?

— Кроме тех, кого я уже назвала, хотелось бы похвастаться мастер-классами Сергея Колесова, обладателя Гран-при Международного конкурса саксофонистов имени А. Сакса, который приезжал с большим концертом в Алматы. Гордость нашего города, талантливая джазовая пианистка, проживающая теперь в Америке, Анастасия Петрова давала у нас концерт. Стоит упомянуть обожаемую всеми группу на перкуссионных барабанах BugaraBu и Юрия Леонова, которые выступают у нас с аншлагом. А оперная певица Аида Часовитина организовывает тематические вечера «ностальжи», например, вечер романсов или вечер любимых песен из кинофильмов прошлых лет, который запланирован на 20 апреля. Продолжать можно долго. Но самый большой талант всех этих звезд, при несомненных достижениях в музыке, — чистота их души и любовь к своему делу. Нет звездности, есть чудо, которое они дарят своим зрителям.

— С какими проблемами сталкивается театр? Есть ли поддержка от меценатов?

— С финансами сложно, честно признаться, пока выживаем. Поддержки со стороны нет, что, конечно, усложняет творческий процесс, но не останавливает его. Я уверена, у нас есть не просто шанс на существование, у нас огромная возможность стать знаковым заведением. Просто посмотрите — не было театра, и вот он появился. Сразу не бывает ничего, но результат определяет движение — каждый день делать шаг, потом еще. И обязательно с радостью и удовольствием, потому что творить через силу невозможно. А идей, которые надо реализовать, просто уйма — оформить вход в театр, привлечь внимание с улицы и многое другое. Но это и не проблемы вовсе, а задачи на пути к цели, решение которых также помогает нам в развитии.

— Александра, как думаете, что может изменить театр в жизни человека?

— Практически все! Быть услышанным, научиться слушать, убрать барьеры и начать творить. Найти друзей, пристань, перекрыть фоновый шум и понять смысл своей жизни и жизни вообще. Любой театр — это место, где люди способны заглянуть в себя.

— Зачем вам самой этот проект?

— Самое интересное, что это никогда не было моей мечтой. Театр просто пришел в мою жизнь, и теперь мы стали единым целым. Я для него, он для меня. Наверное, это просто моя миссия — развивать культуру, формировать вкус, объединять людей и делать их немного счастливее. Здесь нет границ — языковых, национальных, религиозных и политических, нет барьеров. Все теряется на фоне искусства и творчества. Поэтому и возник La Bohême — я без театра уже не могу себя представить.

— Чего ожидать зрителю в ближайшее время?

— Следите за анонсами, потому что программа у нас действительно насыщенная. Для детей цирк и спектакли, а в вечернее время с нами клуб «Тоника», Ирэн Аравина, Александр Губерт, Аида Часовитина, Playback — театр «Родные люди» и много других восхитительных артистов.

— Кто, по-вашему, сегодня представляет богему?

— О, это понятие весьма конкретное — люди творчества и те, кто их окружает. Все, кто слушает и слышит, пишет или внемлет красоте, кто не соглашается прозябать, а видит мир многогранным во всех его проявлениях, — все это и есть богема. Это и мальчишка, играющий гаммы, и пожилой человек с фотоаппаратом, снимающий распустившуюся сирень, артист на сцене и каждый зритель, который пришел на него посмотреть, это мамы, приводящие дочерей на танцы и шьющие ночами костюмы, и юные подростки, которые от биения влюбленного сердца находят упоение в классике и пишут робкие стихи. Да, вы все, кто читает это интервью, — тоже богема. Странное французское слово обозначает людей, стремящихся к творчеству, особенных людей.

— Ваши пожелания алматинской богеме.

— А что тут желать?! Это из разряда: не можешь не писать — пиши. И так же — слушай, живи, дыши. Такие люди не могут остановиться или жить в маленьком мире. Их кругозор широк, и чем больше они знают — тем больше не знают, поэтому учатся, наполняются. И я просто приглашаю всех к нам в театр, в место притяжения особенных людей.

Самое интересное

Фотогалерея

Что еще почитать

Видео

В регионах