Актер театра Сергей Уфимцев: Ты не убедишь зрителя, если сам не уверен

Он и не думал о сцене, но она, как оказалось, очень ждала его

11 октября 2017 в 11:27, просмотров: 720

Сергей Анатольевич Уфимцев — золото театральной сцены, которое блистает в Алматы долгие годы, освещая лучами Государственный академический русский театр драмы имени Лермонтова. А совсем скоро — 24 ноября — сверкнет в новом мистическом мюзикле Карины Сарсеновой «Цена страха». О новой роли и не только он рассказал нашим читателям.

Актер театра Сергей Уфимцев: Ты не убедишь зрителя, если сам не уверен

— Расскажите, как вы пришли в профессию.

— Я всегда смеюсь на эту тему и говорю: «Шел — зашел». А, в принципе, так оно и произошло. Я вообще не собирался быть актером, не входило в планы. До этого кем только ни работал: сторожем, грузчиком, кочегаром, профессиональным водителем, вторым помощником капитана, рулевым мотористом. В общем, что только ни перебрал в своей жизни, где только себя, так сказать, ни искал, в каких профессиях. А потом у меня произошел переломный момент — в 1984 году. Я сменил место жительства, уехал в Иркутск и познакомился там с актрисой драматического театра имени Н.П. Охлопкова. В общем-то, она мне и посоветовала попробовать. Я поступил в Иркутское театральное училище имени Тимирязева. Там я отучился четыре года, поехал, поработал в Смоленске, потом, в 1989 году, попал в Алма-Ату. Сперва попал в русский ТЮЗ, поработав там четыре месяца, ушел. После трудился немного в студии Павла Штифмана, и уже в начале 90 года я пришел служить в театр имени Лермонтова. Правда, в 1997 году уезжал в Нижний Новгород на полгода и вернулся. Есть такая пословица: «В одну реку дважды не войдешь». Я как бы опроверг это. Вернулся обратно и работаю до сих пор.

— В каких спектаклях вы задействованы в новом театральном сезоне?

— «Пигмалион», «Убийство по ошибке», «Азалия», «№ 13», «Маскарад», «Полная гармония», «Отель двух миров» и «Джут» — это то, что касается октября.

— Вы актер не только театра, но и кино. В каком фильме сейчас снимаетесь?

— Да, я работаю в новом проекте, у меня уже был один съемочный день. Картина называется «Композитор» — это китайско-казахстанский проект, режиссер из Пекина. Фильм снимается периодически. Сейчас отснят летний период, и команда готовится к осенне-зимнему сезону. У меня должно быть еще около шести съемочных дней.

— Кого вы играете?

— Музыканта-скрипача Василия. Печальная история у моего персонажа. На скрипке я играть не умею, но мне дал пару уроков профессиональный скрипач. Я имитирую игру на скрипке. Надо делать это хорошо, чтобы зритель поверил, что я настоящий музыкант. Будет подложка «минусовки». Но это, я вам скажу, довольно-таки сложная задача — имитировать. Это отдельная история — как надо держать смычок, как класть скрипку на плечо, как играть, водить этим смычком по струнам.

— Возникло ли желание научиться играть на скрипке?

— Нет. Это сложно. По-моему, это самый сложный из всех музыкальных инструментов, которые я знаю.

— А какими инструментами вы владеете?

— Немного — фортепиано, клавишными, играю на гитаре, губной гармошке, занимаюсь вокалом.

— Вы пишите стихи. Как давно и о чем?

— Я их пописываю. Все мы начинаем в глубокой юности. В зрелом возрасте уже кардинально другие стихи. Просто-напросто надо знать технику написания стихов: ямб, хорей, амфибрахий и так далее. И каждым стилем надо уметь владеть. Можно, конечно, и смешивать.

— Ваш любимый стиль?

— Ямб.

— О чем ваше последнее стихотворение?

— В основном люблю философствовать, говорить о жизни, о ее смысле. Ну и, соответственно, у меня есть лирические стихи.

— Прошла информация, что в скором времени в театре «Жас Сахна» состоится совместный с Кариной Сарсеновой творческий вечер. Что ждет зрителей?

— Сейчас все в работе. Мы хотим выпустить пластинку на мои стихи и на стихи Карины Сарсеновой. Будет четыре композиции — мои стихи, моя музыка и стихи Карины Сарсеновой, которые я кладу на свою музыку. Объем — восемь композиций на пластинке. А 6 декабря в театре «Жас Сахна» должен произойти концерт. Там буду участвовать не только я, но и другие ребята. Я выступлю, скорее всего, в первом отделении, буду исполнять свои песни, написал связки между песнями в стихотворной форме, и буду чередовать свои стихи и Карины Сарсеновой. Будет подключен режиссер, который должен все это построить. Этим будет заниматься Антон Митнев. Сейчас все сыровато, в разработке. Надо положить на музыку еще один стих Карины Сарсеновой. Все обрабатывается. Я скинул композитору на аранжировку песни.

— Как вы пишите музыку?

— По наитию. Я не люблю программы. Прочту, допустим, стихотворение, и возникает какая-то мелодика. Написаны стихи, у них существует своя мелодика, и, соответственно, она вызывает у меня музыкальные образы.

— Какую музыку вы любите слушать?

— В основном блюз, джаз, иногда попсу.

— Стало известно, что вы примете участие в новом мюзикле «Цена страха» по произведению Карины Сарсеновой. Кто ваш герой?

— Мюзикл философского, эзотерического характера. Я играю персонажа Вневремение — он эфемерный, скажем, откуда-то взятый и воплотившийся здесь, на земле. И он дает какие-то направления другим персонажам, которые участвуют в этом спектакле. Интересный персонаж, что-то наподобие ангела или черта. Гремучая смесь.

— Как проходят репетиции с артистами театра-мюзикла Триумff?

— Дело в том, что у нас была только одна читка. Не всех ребят, которые задействованы в этом спектакле, собрали. Участвуют три-четыре профессиональных артиста. А все остальные ребята непрофессионалы. Они сейчас заняты. В процессе еще два мюзикла. В основном за все действо отвечает Антон Митнев как режиссер. Я спрашивал у него, когда начнется разработка нашего мюзикла, он ответил, что сейчас закончим со вторым и приступим к репетициям. 24 ноября мы должны его отыграть. За такой короткий промежуток времени, конечно, сложно это сделать, ну, что ж, придется поднапрячься.

— Недавно вы стали лауреатом Евразийской премии. Расскажите, как проходило награждение и в целом о ваших впечатлениях.

— С моим награждением смешная история. Самое интересное — мне позвонили, сказали, к которому часу подъехать в Российское консульство, где должно проходить награждение. Я уже придумал, что надеть, в обед заглядываю «ВКонтакте», чтобы посмотреть свой театральный репертуар, и обнаруживаю, что в этот день я играю спектакль. Я чуть было его не пропустил. Поэтому не попал в консульство.

— Но ведь награждение состоялось?

— Да. Карина Сарсенова предложила мне вручить награду прямо на сцене после спектакля. И это произошло после «Пигмалиона» 1 октября. Никто из моих коллег не знал об этом. Все очень обрадовались. Спасибо, что все так произошло, с помпой и триумфом, чего я не люблю, но отказываться не стал. Если гора не идет к Магомеду, то Магомед идет к горе.

— Почему не любите?

— Не знаю, может быть, я скромный человек, не люблю выпячиваться.

— Какую роль вы бы хотели сыграть?

— Вы знаете, если бы мне задали такой вопрос, когда я учился в театральном институте, я бы ответил: «Хочу сыграть Гамлета и других эпохальных персонажей». А сейчас… Я очень много кого сыграл, даже Калигулу, римского императора. Не могу сказать, кого бы хотел еще сыграть. Что дают, то и играю, и очень рад этому.

— От какой роли точно бы отказались и не стали ее играть ни за какие деньги?

— Я берусь даже за не свое. Так работать интереснее. Это называется «сопротивление материала». Интересно открыть в себе какие-то краски, качества, не свойственные моему характеру. Мне интересно открывать какие-то новые грани своей личности. Бывает амплуа — герой-любовник, и кроме него ты никого не играешь, потому что люди боятся давать другую роль. Характер иной, ты его не потянешь. А актер, я считаю, должен быть разноплановым. Он должен уметь играть все. Не зря его называют актером. Вот таких актеров я люблю и уважаю.

— Как вы считаете, нужно ли актеру профессиональное образование? Или же достаточно иметь талант?

— Есть дарования, таланты, но образование необходимо. Надо дать таланту фундамент, я имею в виду технику. Она обязательна. Без нее никуда. Бывало, приходили ребята без образования, талантливые. Но, допустим, когда я учился, обращали внимание даже на такую мелочь: бегая по сцене, нельзя топать. И вдруг пришел талантливый мальчик, не получивший образования, и стал топать на сцене как лошадь. Уже видно, что человек не огранен, не оформлен. Конечно, если кто-то и попадает на сцену без образования, правда, редко, он учится, обращая внимание на нюансы, как те или иные люди работают, присматривается, перенимает и растет, так сказать, с коллективом.

— Вы делитесь своим опытом? Даете мастер-классы?

— Я преподавал «Мастерство актера» в колледже полгода. Понял, что это не мое. Для этого нужно читать специальную литературу и уже как бы по этим канонам учить. Когда меня спрашивают: «Как ты это делаешь?», я не могу ответить. Это идет откуда-то изнутри, и я не могу просто-напросто расчленить и рассказать — как. Никаких мастер-классов я не даю, не преподаю. Есть специально обу-ченные этому люди. И я так полагаю, что актер должен быть актером, мало когда преподавателем. Для этого надо талант иметь. У нас в театральном были преподаватели по актерскому мастерству, они не были ни актерами, ни актрисами, но были людьми, которые донесли до нас эту систему. А чтобы ее донести, надо знать все от начала до конца и дозированно выдавать.

— Что бы вы посоветовали начинающим актерам?

— Трудиться, работать, повышать мастерство.

— Три главных качества, которыми, на ваш взгляд, должен обладать актер...

— Во-первых, талант — это самое главное. Этические нормы должны присутствовать. Иногда говорят: «Неважно, какой он человек, главное — талант». Я так не считаю. Он должен быть еще и человеком с большой буквы — это второе качество. А третье — трудолюбие.

— Карина Сарсенова пишет много произведений в жанрах фантастики, мистики. Насколько вам близки эти темы?

— Я сам занимался в свое время эзотерикой, увлекаюсь восточной философией. Жанр мистики, в котором пишет Карина Сарсенова, мне близок.

— Вы говорили, что записывали свою музыку на пластинки, но не для продажи, а для себя и друзей. Было ли желание создать коммерческий продукт?

— Нет. Я не считаю себя профессиональным композитором, чтобы переходить на коммерческие рельсы. Это мое хобби. Если я что-то пишу, то только когда возникает вдохновение. А оно, бывает, не появляется годами. Бывает, на полгода пришло вдохновение, исписываешь салфетки и все, что попадется под руку. Для друзей и тех, кто заинтересован — да, пишу. А ходить и говорить: «Я записал пластинку, послушай, оцени, потом скажешь, что и как» не люблю. Я так не делаю. Друзьям нравится мое творчество.

— Как вы относитесь к критике?

— Не скажу, что отлично, мало кому нравится критика, но я скажу — хорошо, потому что если кто-то что-то и говорит, то он просто видит тебя со стороны, и бывает очень хорошая критика. Можно «переобуться», вести себя иначе, играть лучше. Но критика должна быть продуктивной. Не просто «бла-бла-бла, я не люблю этого человека, поэтому критикую». Когда люди подходят объективно, по делу действительно говорят, ты начинаешь прислушиваться и делать намного лучше свое дело, чем делал до сих пор.

— Что вас стимулирует к работе?

— Хороший материал. Стопроцентный. Мне приходится работать с разными материалами, ломать себя, убеждать.

— Что в вашем понимании «стопроцентный материал»?

— Качественный, который я понимаю на 120-150 процентов. Я влипаю в него, и мне нравится работать с этим материалом. Выходит действительно качественный продукт. Ведь ты не убедишь зрителей, если сам не уверен в том, что говоришь.



Партнеры