Хроника событий Семь велосипедов и уголовное дело: в Твери задержали грабителя с пассатижами Китай заявил о способности с Россией преодолеть проблемы в экономике В Китае считают возможным преодоление санкций США совместно с Россией Евросоюз решил создать финансовый механизм для обхода антииранских санкций США В Пентагоне рассказали о поиске «пути вперед» с Китаем

У ШОС добавилось проблем

Прошедший на днях в Китае саммит Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) стал во многом событием знаменательным

20.06.2018 в 06:43, просмотров: 404

Решения, принятые на его заседаниях и в его документах, по мнению многих аналитиков, имеют огромное значение. Его итоги мы попросили прокомментировать ведущего казахстанского эксперта по Китаю политолога Константина Сыроежкина.

У ШОС добавилось проблем

Когда размер имеет не очень большое значение

— Прежде чем говорить об итогах саммита глав государств ШОС, наверное, стоит кратко коснуться и ее фона, то есть других внешнеполитических событий недели — к примеру, саммита G7 и встречи лидеров США и Северной Кореи. Как можно расценить их итоги?

— Все, чем завершилась встреча G7, абсолютно логично с точки зрения политики Трампа. Он делает то, что считает выгодным для его страны. Это уже не американский империализм, а американский национализм. Нравится это кому-то или нет, вопрос вторичный.

По поводу его встречи с Ким Чен Ыном в Сингапуре... Я не склонен ее расценивать как победу американской дипломатии, скорее уж северокорейской. Для КНДР решен главный вопрос — выход из международной изоляции и, пусть и косвенное, но признание легитимности режима Ким Чен Ына. Фактически признано, что с корейским режимом не только можно вести диалог, но и выходить на какие-то договоренности. Это все последние годы пытались доказать Китай и Россия.

— За годы своего существования Шанхайская организация сотрудничества претерпела заметную эволюцию. Как можно оценить ее развитие за эти более чем 20 лет?

— ШОС выросла из «Шанхайской пятерки», задача которой состояла в урегулировании проблемы границ и обеспечении безопасности в районе границы. Эту задачу успешно решили.

Главными задачами в ШОС при ее создании определили вопросы безопасности. Борьба с «тремя силами» — терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом, а также экономическое сотрудничество. На первом направлении сделали немало. Во всяком случае серьезных проблем в зоне ответственности ШОС (а это был регион Центральной Азии), за редким исключением, не наблюдалось. Со второй задачей сложнее. Программу экономического сотрудничества, по-моему, приняли еще в 2004 году, но механизмы финансирования совместных проектов, Банк ШОС и Специальный счет ШОС, не создали до сих пор.

Новый этап в эволюции ШОС начался с решения о принятии Индии и Пакистана в качестве постоянных членов. На саммите в Астане этот вопрос окончательно решили, потому нынешний саммит в Циндао проходил уже в формате «восьмерки». Хотя и с некоторыми исключениями, но текст Циндаоской декларации подписали все восемь постоянных членов организации. Другими словами, формально принцип консенсуса не нарушен.

Что будет дальше, предсказывать не берусь. В условиях полицентричного мира расширение ШОС, по-видимому, полезно для организации, поскольку создает условия для повышения ее совокупного потенциала. С этим трудно спорить, и можно привести массу аргументов, свидетельствующих в пользу принятого решения о приеме постоянными членами ШОС Индии и Пакистана.

Но проблемное поле организации усложнилось, как и процесс выработки согласованных решений. Как показывает мировая практика, увеличение числа членов и укрупнение совокупного потенциала не всегда равнозначны повышению эффективности деятельности той или иной организации. Это можно наблюдать и в ШОС. Во всяком случае, пока прием Индии и Пакистана очевидных плюсов для развития организации не дал. Проблем добавилось, но новых стимулов и проектов пока, к сожалению, нет.

Экономических проектов ШОС пока не видно...

— Можно ли ожидать усиления экономического аспекта в деятельности ШОС?

— Пока об этом говорить сложно. Циндаоская декларация признает необходимость ускоренного создания Банка ШОС и Специального счета ШОС, однако аналогичный тезис имел место во всех декларациях за последние 10 лет. Экономических проектов, созданных под эгидой ШОС, как не было, так и нет.

Нельзя не признать и того факта, что сегодня вся экономика, связанная с китайскими инвестициями, ушла в Экономический пояс Шелкового пути (ЭПШП). Поэтому актуален другой вопрос: каким образом можно реализовать высказанную Си Цзиньпином еще в сентябре 2013 года идею создания единого пространства ЕАЭС, ШОС и ЭПШП?

— Как может отразиться на взаимоотношениях ШОС и США предстоящее вступление в организацию Ирана?

— Пока вопрос о вступлении в ШОС Ирана в практическом плане не ставят. Более того, по моим наблюдениям, интерес Ирана к вступлению в ШОС в качестве постоянного члена несколько снизился. Причина банальна — руководство Ирана не понимает, почему после снятия со страны санкций ООН вопрос о полноправном членстве Ирана в ШОС даже не обсуждают.

— Складывается впечатление, что сегодня это некий клуб для тех, кто хочет что-то сказать тем странам, которые в него не входят.

— Это альтернативная площадка. И здесь невозможно не согласиться с российским президентом, что она объединяет больше половины человечества. Но, повторюсь, объем потенциала еще не гарантирует автоматически эффективности.

Обозначились проблемы, которые не только негативно сказываются на деятельности ШОС, но и делают ее перспективы весьма туманными. Речь о следующем.

Во-первых, все отчетливее проявляется стремление многих членов сохранить геополитический нейтралитет ШОС, дистанцировавшись не только от противоречий между государствами-членами ШОС и «коллективным Западом», но и от двусторонних противоречий между государствами-членами.

Возможно, с точки зрения национальных интересов в этом есть логика, однако это ведет не только к утрате солидарной позиции ШОС, но и усложняет процедуру выработки каких-то общих решений. Другими словами, все отчетливее видится перспектива ШОС — превращение организации в недалеком будущем в «клуб по интересам».

Во-вторых, с расширением ШОС обострилась одна из «родовых проблем» организации — что есть ШОС функционально, каковы ее миссия и география приложения усилий? С включением Индии и Пакистана в состав постоянных членов ШОС вышла за пределы традиционного центральноазиатского формата. Причем не только географически.

Следовательно, в своем расширенном составе организация должна уметь реагировать на различные угрозы не только в Центральной Азии, но и в других регионах Азии. И возникает вопрос: способна ли ШОС это делать? Особенно с учетом того, что выработка солидарной позиции организации по тому или иному вопросу весьма затруднительна.

В-третьих, сегодня, когда путь к вступлению в ШОС в качестве постоянного члена открыт, по-видимому, необходимо четко определиться, как далеко организация может продвинуться в сторону расширения, не утратив, с одной стороны, основного фокуса на проблемах Центральной Азии, а с другой — не привнося приемом новых членов, имеющих между собой конфликты, дополнительный критический потенциал в деятельность организации.

Не менее существенны и ответы на два других вопроса. Первый: насколько повышение эффективности функциональности ШОС связано с перспективами ее расширения? Второй: насколько организация способна расширить уже существующие рамки сотрудничества или приступить под своей эгидой к разработке и реализации новых перспективных проектов в случае вступления в нее новых членов?

Достаточно компромиссные формулировки, содержащиеся в Циндаоской декларации, а также присутствующие в ней оговорки как раз и подтверждают все сказанное выше.

Встретились, обсудили, приняли декларации

— Напрашиваются параллели с Лигой наций...

— Да, пожалуй. Встретились, обсудили, приняли очередную декларацию. Которую, в отличие от итогового документа G7, подписали все. Но объем внутренних противоречий в организации увеличивается.

ШОС — серьезная организация, с которой считаются не только в регионе, но и в мире. Потенциал ее огромный, а если еще в нее вступят Иран и Монголия, то он возрастет еще больше. Но сохраняется много вопросов, связанных с эффективностью работы организации.

— В самом Китае сосуществуют членство страны в ШОС и инициатива «Один пояс — один путь»? Это дополняющие друг друга идеи или в них есть определенная конкурентность?

— В последний год Китай активизировал свое внимание к ШОС, чего не наблюдалось с 2013 года, когда озвучили идею «Один пояс, один путь». Однако, скорее всего, это связано с тем, что в 2018 году Китай был председателем организации.

Если по существу вопроса, то здесь есть разные точки зрения. Одни выступают за сопряжение ЭПШП и ШОС, другие — категорически против, поскольку это совершенно разные проекты. Хотя некоторые механизмы, работающие в ШОС (например, «шанхайский дух», предполагающий высокую степень доверия, взаимного уважения, взаимных интересов, равенства и инклюзивности), неплохо было бы использовать во всех международных проектах и организациях.

Более того, ШОС как организация, ориентированная прежде всего на вопросы безопасности, и без сопряжения с ЭПШП работает по схемам, предложенным китайской стороной. Во всяком случае, с моей точки зрения, где-то с середины 2014 года в вопросах региональной безопасности основные идеи предлагает Китай, он же является модератором процесса формирования новой структуры региональной безопасности. Причем не только в Евразии, но и на пространстве АТР. Выступление Си Цзиньпина на саммите в Циндао было озаглавлено весьма симптоматично: «Развивать шанхайский дух и создавать сообщество единой судьбы на пространстве ШОС». Это отражает лейтмотив современной философии всей китайской внешней политики.

— Что нужно для более эффективного развития организации?

— Во-первых, нужно усиливать экономическую составляющую в деятельности ШОС. Вопросы безопасности — это, безусловно, хорошо и правильно, но они скрыты от населения государств-участников ШОС, а потому имидж этой организации в общественном мнении близок к нулю. Реализация конкретных экономических проектов может помочь решить эту проблему.

Во-вторых, необходимо усилить прогностическую и аналитическую составляющую в деятельности ШОС, именно в этом ощущается острейший дефицит. Это, в свою очередь, повысило бы качество принимаемых решений.

В-третьих, пока у государств-членов отсутствует общее видение угроз и вызовов региональной безопасности. А без этого невозможно не только выстраивание сколь-нибудь долгосрочной стратегии развития организации, но и стратегии обеспечения безопасности на пространстве ШОС.

В-четвертых, в ее деятельности должно быть как можно больше конкретики. Нужна работа по строительству дорог и мостов, по улучшению пограничных переходов, по оптимизации визовой политики, по оптимизации регистрационной политики, надо улучшить взаимодействие пограничных, таможенных и правоохранительных органов.

Ну и, в-пятых, уже сейчас необходимо думать над вопросом, как сохранить «шанхайский дух» в новых условиях роста нестабильности и противостояния между великими державами, а также новой конфигурации сил в расширенной ШОС.

Санкции . Хроника событий