Исчезающая наличность: как бумажные деньги победили монеты

Деньги, от золотых до бумажных, менялись во все времена, но суть их была неизменной

10.01.2018 в 07:27, просмотров: 748

В последние годы можно было время от времени натолкнуться на прогнозы, что, мол, эпоха бумажных денег подходит к концу и развитие электронных платежей окончательно «спишет в историю» ассигнации. Те ассигнации, чей хруст и вид их в пачках во все времена, казалось бы, будет свидетельством удавшейся жизни.

Исчезающая наличность: как бумажные деньги победили монеты

Золотые монеты — ушедший символ золотого века денег

Но сегодня все больше говорят о том, что уже в обозримом будущем останутся в лучшем случае только пластиковые карточки.

Такая перспектива выглядит довольно грустной — при всем своем удобстве кусочек пластмассы прямоугольной формы напрочь лишен того сгустка эмоций, а то и драматизма, что свойственен бумажным деньгам. А с появлением криптовалют «приговор» ассигнациям звучит уже как «расстрельное» решение суда последней инстанции.

Не знаю, что из всего этого получится, но стоит заметить: «биография» ассигнаций никогда не была ровной и легкой, а нынешние нападки и приговоры им не первые в истории бумажных денег. Прежде чем завоевать то место, которое привычно для нынешнего «старшего поколения» платежных средств, им пришлось выдержать серьезную борьбу и потеснить свою предшественницу звонкую монету.

Причем окончательно эта борьба завершилась не так давно, только в прошлом веке, металлические деньги без боя не сдавали позиций. Еще в конце века XIX в популярных журналах можно было найти статьи в поддержку ассигнаций. Значит, надо было кого-то убеждать в их полезности. Например, в одном из номеров журнала «Нива» в ту эпоху писали: «Бумажные деньги очень удобны во многих отношениях. Чрезмерный, однако, выпуск их (как это было, например, перед Французской революцией и в Австрии с 1808 по 1809 год) может вести к большим затруднениям и беспорядкам. Бумаги начинают тогда терять общественное доверие и вдруг падают в цене. Во Франции, в конце прошлого столетия, чрезмерный выпуск ассигнаций был причиной государственного банкротства, страшная дороговизна делала жизнь тяжелою, за луидор золотом давали тысячу бумажками».

Стоит заметить, что про деньги в то время вообще много писали в популярных газетах и журналах (профессиональная, финансовая журналистика еще только зарождалась). Статьи по этой теме можно найти даже в журнальном «прайм-тайме» — предновогодних выпусках журналов. Это и понятно: Россия переживала бурный экономический рост, а денежная тема привлекает внимание общества как раз в такие времена. Или наоборот — в эпоху тяжелых экономических кризисов.

Например, в 1879 году журнал «Нива» писал в статье «Платежи звонкою монетою в Соединенных Штатах», что в США с 1 января 1879 года возобновляются платежи золотой монетой, и обмениваться на бумажные доллары она будет альпари. До этого золотая монета не использовалась в денежном обращении почти 15 лет, ее хождение прекратилось в разгар американской гражданской войны. В середине 1864 года дела северян в ней шли так плохо, что курс американской валюты за один день обвалился до 287 долларов ассигнациями за один золотой.

Для нас, переживших девальвацию советского рубля в горбачевскую эпоху, это вроде бы не слишком много. Но, во-первых, в XIX веке был иной масштаб цен, например, поденная оплата рабочего в США исчислялась в центах. А во-вторых, обвал курса привел, естественно, к быстрому «вымыванию» золотой монеты из обращения. Американцы просто стали прятать ее «под подушки». В результате она прекратила хождение.

Победа северян в войне здесь ситуацию не изменила. Журнал «Нива» отмечал, что 15 лет ушло у американской экономики на восстановление денежного обращения, когда (сохранены оригинальная орфография и стилистика) «бумажныя деньги, или, как их называют, greenbacks, потому что у них зеленая спинка...» восстановили равные позиции с золотым долларом.

На здании биржи в связи с этим вывесили флаги. Был орудийный салют. С этим опытом стабилизации денежного обращения Америка подошла к грани XIX и XX веков, когда по темпам развития ее экономика стала мировым лидером.

Полмиллиона марок Веймарской Республики.

Борьба между бумагой и металлом

Многие страны перенесли болезнь обесценивания бумажных денег в результате их масштабной эмиссии. Часто это бывало результатом больших трат в ходе войн, хотя бывали и иные причины. Лечение же было одно — возрождение равноценного обмена ассигнаций и золотых. Но для этого нужно было достаточное количество золота, то есть подъем экономики и внешней торговли, притом, конечно, с положительным балансом.

В «Ниве» отмечали, что в США смогли вернуться к курсу альпари благодаря «превышению вывоза над ввозом». То есть реабилитация бумажных денег «вырастала», в конечном итоге, из повышения производительности труда и успешной конкуренции на внешних рынках. Все, как и сегодня!

В одном из последних своих номеров за 1879 год журнал «Нива» опубликовал весьма большой очерк под названием «Денежные знаки», очень интересно и подробно изложив тему с давних времен до XVIII века. В том числе и борьбу между бумажными и металлическими деньгами.

Германская рупия для Восточной Афирики.

Надо сказать, что вводить ассигнации часто начинали не от хорошей жизни. И результаты не всегда радовали тех, кто вводил. Так, монгольский хан Кей-Кату ввел «бумагу» в 1293 году и запретил хождение металлической монеты, «чтобы положить конец денежным затруднениям». На одной стороне ассигнации было изречение из Корана, на другой — надпись по-китайски, с обеих сторон указывалась ценность купюры. Кончилось это еще большими экономическими проблемами, свержением и казнью хана.

Чехословацкий Сталин.

В Европе, писала «Нива», бумажные деньги появились в 1484 году во время осады испанцами крепости Альгама. Потом была долгая пауза, пока в середине XVIII века их не ввели в Австрии, а затем вскоре и во всех крупных государствах Европы. Почти все страны не сразу разглядели, сколь потенциально опасными могут быть бумажные деньги, если жестко не контролировать их эмиссию.

В России, например, при императоре Павле пришлось даже торжественно сжигать на площади «лишние» несколько миллионов бумажных рублей. Но обесценивание их в отношении серебряной и золотой монет продолжалось и дальше. Хотя главное достоинство бумажных денег — удобство их перевозки, хранения и расчетов — оценили сразу, и это постепенно делало их все более незаменимыми, а успешные финансовые реформы по типу упомянутой американской (размен ассигнаций на золото альпари) — все более устойчивыми.

Одну из наиболее успешных таких реформ провели в России в конце XIX века. Правительству удалось обеспечить стопроцентное покрытие ассигнаций золотыми резервами Государственного банка и казначейства и держаться на этом уровне до начала Первой мировой войны. Способствовали этому как рост добычи золота в стране, так и общий подъем экономики, и положительное сальдо внешней торговли.

А это бронзовый монгольский Карл Маркс.

Монета как иллюстрация истории

Последние несколько десятилетий, как известно, бумажные деньги господствуют на финансовом «поле», вытеснив металлические на задворки денежного обращения. И в то же время, как уже было сказано, ассигнации рискуют повторить судьбу звонкой монеты. Но у последней развилась новая функция: оставаясь все же платежным средством, она стала еще и символическим носителем исторической информации. Иные монеты — лучшая иллюстрация к историческим штудиям.

Так, монета достоинством в одну марку времен гитлеровского Рейха, изготавливавшаяся из стального сплава, сейчас более редка, чем серебряные пять марок. Нумизматы объясняют это тем, что во время войны из-за дефицита стали 1-марковые монеты изымались из оборота для нужд военной промышленности Германии, а серебряные — нет. Из серебра танка не сделаешь. Как еще нагляднее проиллюстрировать эти ресурсно-экономические аспекты войны?

Или монеты (на фото) Веймарской Республики достоинством 200 тысяч и полмиллиона марок! Еще и алюминиевые, легкие, словно из фольги. Может ли быть более яркий символ тех проблем, в которые погрузилась Германия в 1920-е, после Первой мировой…

Порой старые монеты заводят в такие глухие «углы» прошлого, о которых не каждый профессиональный историк сходу вспомнит. Вот, например, монета — германская рупия. Чеканилась для недолго существовавшей в Восточной Африке германской колонии. Сегодня рупия, пожалуй, единственное материальное свидетельство этой истории.

Финская марка и польский злотый из серебра (Российская империя).

Примерно из такой же исторической ситуации и серебряные монеты XIX века, финская марка и польский злотый, ходившие во время пребывания Финляндии и Польши в составе Российской Империи. Злотый в таком виде существовал до 1865 года, но «прав» у него было больше, чем у сегодняшних банкнот шотландских банков — он был обязателен к приему на территории Царства Польского и фактически принимался на остальной территории Империи.

Каких только форм ни принимал культ личности Сталина при его жизни, но вот в нумизматике он оказался практически не представлен. За единственным исключением: 50- и 100-кроновые серебряные монеты Чехословакии, выпущенные к 70-летию советского вождя (1949 год). Больше нигде и никогда таких монет не чеканилось.

Карл Маркс в этом отношении ненамного опередил своего последователя. Отец-основатель коммунистического учения был изображен на монетах дважды — в СССР на юбилейном рубле и в Монголии. Причем монголы «раскачались» уже под самый занавес коммунистической эпохи, в 1988 году, зато изобразили на бронзовой монете!

Давно ушли из жизни люди, изображенные на монетах, канули в историю страны и режимы, чеканившие их, а сами эти монеты по-прежнему ходят из рук в руки, оседают в альбомах нумизматов, будучи, как и раньше, ценностью. Теперь, правда, только исторической.